Привет! На связи нейроученый Лена Белова.

Несколько подписчиков Недивана спрашивали меня, для чего вообще нужен дофамин, если не для радости?

Вот.

Зачем вообще нужен дофамин, если не для радости?

Надеюсь, каждое будущее письмо в этой рассылке будет отчасти отвечать на вопрос, зачем нужен дофамин. Однако у меня есть еще короткий и емкий ответ для тех, кому лень читать десятки писем о дофамине. Если бы меня попросили бы сказать, что такое дофамин одной короткой фразой, я бы ответила так:

Дофамин – это нейромедиатор обучения (Собственно, если вы нетерпеливы и недолюбливаете лонгриды, на этом можно остановиться и пойти заниматься своими делами вместо чтения букв).

Обучение — это не только про школьное образование: «жи-ши», таблицу умножения и письмо Татьяны к Онегину. Обучение — это про то, как мы учимся ходить и говорить в первые годы жизни, про завязывание шнурков, орудование ножом и вилкой. И про то, как мы пробуем кадрить девушек или строить глазки мальчикам, как привыкаем несмешно шутить, когда повисает неловкая пауза, или проверять соцсеточки вместо работы, или соскакивать с темы, когда нам задают неуместные вопросы. Это про все то, что мы когда-то не умели делать, а теперь делаем и иногда даже не задумываемся о том, как это получается. Это про те изменения в нашей жизни, которые меняют нас самих, независимо от того, нравится нам это или нет.

В мозге есть система подкрепления: она нужна, чтобы мы могли научиться делать что-то новое и перестать делать старое, которое раньше было нужно, а теперь нет. Эта система определяет, как мы будем вести себя в той или иной ситуации и реагировать на вызовы. От этой системы зависит, будем ли мы повторять какие-то действия и превращать их в навыки и привычки. Или что другие действия мы повторять не будем, даже если в перспективе они должны принести пользу. Это та самая история, когда мы обещаем себе что-то, а потом откладываем и это растягивается на годы.

А дофамин — топливо, на котором работает система подкрепления. Без него система подкрепления не будет работать.

Дофамин участвует в приобретении навыков: завязать шнурки, разучить танец, водить автомобиль. Благодаря дофамину мы это делаем автоматически, чтобы мы могли учиться чему-то более важному, чего мы пока не умеем и что станет новыми навыками. Или не станет.

Дофамин участвует в формировании привычек, полезных и вредных. Дофамин влияет на то, захочется ли что-то делать во второй, третий и десятый раз или нет; станут ли какие-то действия привычкой или не станут.

Дофамин может влиять и на то, насколько хорошо у нас с силой воли, и на то, что нас тянет делать, когда сила воли отказывает.

Две системы управления поведением

Условно, в мозге есть две системы управления поведением. Первая ориентируется на цели, и работает в соответствии с планом и прогнозами. Вторая не работает на цель, а ориентируется по обстоятельствам и руководствуется текущими заметными стимулами.

Если у человека сильна вторая система, любой новый привлекательный стимул включает вторую систему, и человек забывает о том, что недавно он собирался делать что-то другое. Некая Маша решает провести выходной с пользой и идет в интернет искать курсы английского, а через сорок минут обнаруживает, что залипла на стрижках для декоративных собак.

У животных с подкреплением так же: есть те, которые в экспериментальных условиях ведут себя согласно выученному алгоритму, чтобы получить еду, а другие отвлекаются на яркий стимул и перестают действовать согласно плану. Например, когда из стенки вольера выдвигался яркий рычажок, предсказывающий появление еды в кормушке, целеустремленные крысы сразу бежали к кормушке, чтобы поесть. Появление рычага в этом опыте работало как лампочка: крысе нужно было просто добраться до кормушки и съесть появившиеся там лакомства. Другие крысы отвлекались на яркую подсветку этого рычажка и начинали его нажимать, хотя для получения еды нужно было просто подойти к кормушке.

А как же эмоции?

Дофамин действует в том числе через радость: когда мы делаем что-то, что неожиданно приводит нас к цели или превосходит ожидания, мы радуемся. Это выброс дофамина. Мы с упоением вспоминаем произошедшее, и нас тянет повторить то, что привело к успеху.

В отрицательную сторону тоже работает. Когда мы прикладываем много усилий, а результат оказывается не таким, как мы представляли, мы чувствуем разочарование, упадок настроения и сил. В этот момент дофамин перестал вырабатываться в зонах мозга, связанных с эмоциями. Чем сильнее горечь разочарования, тем сильнее желание разобраться в том, что же пошло не так, сделать выводы и при первой же возможности отыграться.

Вот ситуация.

Наш выдуманный друг Петя идет на занятия с тренером. Петя не очень спортивный, поэтому не ждет, что у него будет классно получаться. Но у него получается сделать то и это, он выходит из зала в приподнятом настроении: дофамин выделился в ответ на достижение цели, и Петя предвкушает, как пойдет в зал послезавтра, чтобы вновь испытать радость от успехов. Здесь всё понятно.

Другое дело, если поход в спортзал прошел не очень. Тогда всё зависит от желания Пети быть сильным и спортивным: пересилит оно разочарование или нет? Если разочарование будет сильнее, то Петя найдет способы избежать тренировки. А если победит желание, он пойдет снова, чтобы доказать себе, что может. И в этот раз его ожидания будут ближе к реальности.

Несовпадение ожиданий и результатов приводит к тому, что человек испытывает разочарование и вынужден менять что-то внутри своей системы подкрепления — это основа для обучения на отрицательном подкреплении, связанная с провалом в дофаминовом фоне.

Для психики эффект дофамина проявляется именно в радости или разочаровании. Однако за эмоциями стоит древняя и сложно устроенная система, основная задача которой — сделать организм максимально приспособленным к той среде, в которой он живет, по возможности избежать опасностей и получить то, что даст этой особи конкурентное преимущество и позволит передать свои особенности потомкам. На протяжении миллионов лет эта масштабная задача из поколения в поколение решается через систему подкрепления и дофамин.

Система подкрепления — сложно устроенная система. Ученые до сих пор не до конца знают все нюансы ее работы. Но именно она отвечает за приспособленность животных к той среде, в которой они живут, и за потрясающее разнообразие поведения и феноменальную адаптивность людей к тем условиям и правилам жизни, которые существуют на свете.

О том, как это все устроено, будут следующие письма. А пока запомним, что дофамин нужен для обучения и адаптации поведения к условиям среды и работает через систему подкрепления и иногда это связано с радостью. Если вы хотите что-то поменять в жизни, а у вас никак не получается, возможно, дело в вашей системе подкрепления.