Эпизод 21

ИИ-транскрипт (может содержать ошибки):

Начало трансляции

Ну, все пошло заново. Я думаю, что не надо говорить, что шторм заканчивается, тогда глядишь — трансляция и дойдет до конца.

Ну, это, конечно, весело, когда ты проверяешь все в другую ссылку, ну, которая тайная, ты никому не показываешь, там все работает, но только ты приключаешь убильника и говоришь: «А теперь вот туда, где все ребята» и сразу же все начинает виснуть. Вот. Ну, хорошо, что вы дождались. Итак, погнали.

Перетряхивание сложившихся привычек

21-й шторм — разные мелкие трюки россыпью, не вошедшие раньше. Первым пунктом у меня тут написано перетряхивать сложившиеся привычки. Так получается, что рутина достаточно большая… Так, Мия, мы не катаем шарики. Дай катай рифмку. Господи, кошка разобрала всю технику на мелкие детали.

Так, от чего это колесо? Не знаю. Речь идет о сложившейся рутине. О том, что ты просыпаешься в комнате, в которой просыпался уже сотни раз и идешь делать те вещи, которые сотни раз уже делал. Это на самом деле влияет на тебя незаметным, но достаточно сильным образом, потому что контекст имеет значение: контекст влияет на наше поведение, и на то, какие решения мы принимаем, как будем действовать так или иначе.

Влияние контекста на нашу жизнь

И все сложившиеся ритуалы мне, во всяком случае, очень тяжело переламывать, потому что надо уже проложенные рельсы заставить лечь в какую-то другую сторону.

И тут важно всё: как у тебя сложена одежда в шкафу, как стоит твой компьютер, под какой будильник ты привык просыпаться, под телефон и будильник на нём, и под какую музыку, или под механический будильник, и какое у тебя полотенце, и так далее, и так далее, и так далее, и так далее.

И от этого зависит день, и от этого зависит незаметно, но зависит то, как ты выбираешь действовать дальше. Когда мы оказались во время карантина зажатыми дома, мы в какой-то момент поняли, почему нам приятнее ходить в кафе, чем сидеть дома на кухне.

История с кухней

У нас было на кухне не так уютно, как нам хотелось бы. И мы там все оборудовали по-другому. Ксения Владимировна нашла кресло прелестное, и мы переставили стол, потом убрали стол, поставили туда стол гораздо красивее. И наш день стал начинаться по-другому. И у нас вот передача там появилась, и нам стало приятнее в сто раз встречаться, завтракать вместе и ржать.

И это то, что зависит от кресла. И этих вещей, окружающих тебя невидимых, их очень много. И для того, чтобы перетряхивать сложившиеся привычки, а я считаю это необходимым, я использую две вещи.

Путешествия как инструмент

Во-первых, я использую путешествия. Мне очень нравится куда-нибудь летать, потому что, во-первых, конечно, есть самолетный режим и уже когда я сажусь в аэроэкспресс, я стараюсь отключаться от почты, пока я еду в аэропорт, и не смотреть письма, и не отвечать, и так далее, и так далее. Это переключает меня в созерцательное настроение. Я могу днем в состоянии, когда я обычно нахожусь на связи, не быть на связи. Я выхожу из какого-то повторяющегося городского ритма.

Когда прилетаешь в аэропорт и добираешься до самолёта — самолёт как физическое ограничение. Вот ты летишь там два часа, три часа, пять часов и не можешь никуда отвлечься. Только читай, или пиши, или спи. И новое ощущение того, что за бортом облака, там рядом абсолютно враждебная среда. Мяу. Ну вот почему? Сейчас, извините. Что называется? Что-то она заволновалась сегодня. Может быть, она потерялась? Ты потерялась? Ты звезда. Тебе же надо спать днем.

Самолет и новые открытия

Самолет. И у меня очень часто происходят какие-то открытия неожиданные именно в момент полета. Потому что когда рядом с тобой бесконечная синева и там чудовищный холод за бортом, и тут весь такой вот эта вот стихия, которая в 10 сантиметрах от локтя, она зримое напоминание того, что может быть еще и не так. Что все сложившиеся стереотипы, они настолько в своем маленьком ограниченном аквариуме, который вокруг меня. А на самом деле мир гораздо больше.

И небо рядом с самолетным креслом, оно показывает мне это ощутимо, и я могу подвергнуть сомнению всё, к чему привык, и переоценивать это.

Научные данные и практические эффекты

Ксения Владимировна где-то подцепила на TED-е видео, которое рассказывает о том, что путешествия помогают образовывать новые нейронные связи. Но я подозреваю, что подобные видео есть и про спорт, и про готовку, и про кучу всяких других вещей, потому что всё помогает, кажется, образовывать новые нейронные связи. Вот. Просто это я говорю к тому, что если когда-нибудь я буду про это писать, то надо не забыть потрясти её и вытрясти из неё ссылку. Вот. Сейчас у меня этой ссылки нет, но она будет. Она вроде бы это видео хвалила.

А вторая вещь про путешествия, она достаточно интересная, она уже такая общечеловеческая. Она про то, что у человека внутри усилия, которые ему необходимо предпринять, оцениваются, строится какой-то внутренний прогноз на тему того, геморройно действовать или нет, тяжело или нет, подъемные или неподъемные усилия.

Относительность дискомфорта

И вот этот внутренний прогноз напирается на относительный уровень дискомфорта и тягот. И этот уровень на самом деле подстраивается под текущие условия последних дней. То есть, если человек живет в комфорте, и если он дома, то потихонечку ему кажется, что усилия, которые нужны, чтобы что-то сделать, они выходят за его обычную растрату силы, поэтому тяжело.

А когда человек уезжает в тяжелые условия, в какой-нибудь поход или вот как я ездил в путешествие на яхте, где ты постоянно вынужден терпеть какие-то тяготы, у тебя странный унитаз. И для того, чтобы приготовить еду, нужно потратить гораздо больше сил, чем дома. И вообще для того, чтобы спать хотя бы уже нужно претерпеть кучу лишений. И одежда странная и все вообще другое.

И вот когда ты проводишь в этом состоянии неделю или две, то системы внутренней оценки, системы предсказания, системы оценки дискомфорта, они вынуждены адаптироваться.

Эффект возвращения

Мне рассказывала Лена Белова про вот эту относительность подсчета комфортности, про то, что если ты себя на пару-тройку недель помещаешь в такие тяжелые условия, то по возвращению домой все, что раньше казалось очень тяжелым, оказывается не таким и страшным. Тебе легче делается. Но надо уезжать в поход в такой сложный не на день, а на неделю, на две.

Все самое интересное происходит не только в путешествии, а когда ты возвращаешься. Возвращение из путешествия работает как возможность посмотреть на свой дом свежим взглядом. Когда возвращаешься, то гораздо проще смотреть на этот будильник, на этот шкаф с одеждой, на то, как ты просыпаешься и как ты спишь и спрашивать себя: «А почему это должно быть так?»

Мия, не буянь. Нет. Нет. Не хочу, чтобы ты так делала. Подожди, не торопись. Разволновалась она.

Взгляд со стороны на свою жизнь

Приезжаешь и смотришь на все, на стены, к которым привык, на шторы, на вещи, которые лежат, и спрашиваешь: «Почему это должно быть здесь?» «Почему моя жизнь должна быть устроена так?»

И немного отрываешься за время поездки от своей среды и можешь разрушить ту среду, которая уже сложилась, но все время казалось, что на это сил не хватает. И поэтому я стараюсь ездить либо туда, где сложно, ну вот там типа в море уехать и там сложно, либо в места с другой культурой.

Теория «где не бывала ваша армия»

У меня есть некоторая внутренняя теория о том, что сильнейшее впечатление и сильнейший заряд для изменения своей жизни и разрушения привычек получаешь от поездок туда, где совсем другая культура, я это называю для себя «где не бывала ваша армия», «где не бывала российская армия».

Ну вот пример: когда я езжу в Грузию, там, конечно, другой алфавит, но эти места напоминают сильно то, к чему я привык, потому что это все равно какой-то общий Советский Союз был все время. Подъезды, дома, этажи, высоты, двери — всё это более-менее похоже на то, что я видел раньше. Конечно, в каких-то грузинских сёлах нет, но в городе — да.

Или, например, едешь во Франции — там есть нюансы, и их много, но самый сильный контраст и самый сильный заряд для думания получаешь, например, в Америке. Не потому, что это Америка, а потому что там другое вообще всё. Болты другие, другие гайки, другие размеры, другие ступеньки, система движения, лифт, светофор — там самый сильный контраст, потому что там другие размеры одежды, там в мелочах вообще другое всё.

И ты возвращаешься из среды, которая тебе показывает: вся твоя жизнь может быть устроена не так, как ты привык. И ты приходишь домой, озираешься и такой: «Блин, почему я должен жить так?»

И это такой лайфхак, который позволяет перетряхнуть и подвергнуть сомнению твою сложившуюся систему жизни гораздо проще и легче. Буквально уезжаешь, ну, с лекции даже на четыре дня в самолете побывал, возвращаешься и… Как это называется? Ну, у пятиклассников в моей школе это называлось несколько припиздушиной. Возвращаешься такой и смотришь на все. Окей.

Тренировки памяти

Следующая вещь, которую надо рассказать — про тренировки памяти. Та тема закончилась. Сегодня будет несколько маленьких тем.

Я касался этого немножко еще раньше. Принято считать, что отличная память — это норма. И как только нарушается память, сразу же вступаешь в тревожную достаточно область, которая может породить кучу сомнений и страхов на тему того, что «О, Господи, со мной что-то явно не так». У меня нет памяти. Такой возникает ярлык. Прям паника-паника.

Паника от забывчивости

Ну, это неприятно, когда ты не можешь вспомнить какое-то слово, там, пять секунд, семь секунд. И это вызывает ощущение беспомощности. И в этот момент, когда начинаешь сверхсильно припоминать, начинается еще более сильная тревога и вспомнить уже ничего решительно невозможно. И начинаются… Потом постоянное размышление на тему того «а что будет, если я в нужный момент забуду имя человека?» А потом ты забываешь имя человека. А потом ты смотришь на человека и даже не помнишь, как его зовут и вынужден с ним разговаривать. И это всё вызывает чёткое ощущение собственной дисфункции. Того, что вот ты сломан, вот оно. Раньше ты помнил, а сейчас ты не помнишь. Привет.

Другой взгляд на забывчивость

Но есть и другой взгляд на это. Во-первых, вот это вот ощущение, что хорошая память — это норма, несколько лукава, потому что норма очень широка. Забывать слова — это тоже нормально.

Вот две вещи здесь можно сказать. Во-первых, цитата из Ходорковского, который прям воспринимает свою забывчивость как преимущество. Я лазил, прямо смотрел, да, это действительно цитата из него, про то, что у него избирательная память, и он считает, что это преимущество. Память хранит ему только то, помогает сохранить только то, как говорит он, чем он пользуется. Если он чем-то не пользуется, то это из памяти потихонечку уходит.

Забывчивость как эволюционное преимущество

Вторая вещь — это я читал в одном из нейроканалов в Телеграме про то, что забывчивость — это, возможно, эволюционное преимущество, которое помогает легко переучиваться. Как только меняются правила в системе, из крана, из которого раньше лилась горячая вода, теперь льется холодная, или автомобили все переходят на левостороннюю систему движения, то люди, у которых подвижная система запоминания, они быстрее забывают прошлое и учатся новому.

Возможно, вот эта вот потеря прошлых артефактов, она есть хорошо. Она не обязательно означает, что это плохо. И это было для меня прямо таким интересным открытием. То есть я раньше думал, что это обязательно событие минуса, оказалось, что на самом деле нет.

Методы тренировки памяти

Про память вот что. Я использовал в свое время, пробовал, начитавшись в книжке Байстера, Майка Байстера, работать, расставляя зрительные ассоциации во дворце памяти. Это интересно, это действительно позволяет запоминать достаточно очень большие цепочки слов, фраз, событий. И это работает.

Я балуюсь тем, что на очень примитивном уровне не часто тренируюсь, но запоминаю числа. Там каждому числу выдаются буквы и придумывается какой-то образ. Я рассказывал про это. Например, 19 — это 1 и 9. 1 — это К, 9 — это Д. Ну, там обычно цифры соответствуют буквам, но для единицы и двойки там другие, буквы К и Л. Ну, К и Д. К и Д — это кеды, и огромные красные кеды вращаются. Чем больше объект, тем лучше. Если он объемный, то нам его легче запоминать. И ты запоминаешь объемные красные кеды. Ну, у каждого свой словарик. Мне приятно кеды, а вам может быть неприятно, у вас своё слово. И потом она очень легко вспоминается. И если они ещё связаны с какой-то ситуацией и там болтаются на шнурках, то тоже ещё легче вспомнить. И я пробовал это всё, и это всё работает.

Моя теория о памяти

Ещё я пробовал МРТ, который показал, что никакой дисфункции у меня нет в мозгу и всё нормально. Вот. И я обвел для себя некоторую теорию.

Во-первых, я знаю, что на моё состояние памяти очень сильно влияет уровень стресса. То есть, действительно, если я не ходил в отпуск, если я плохо сплю, то я легче забываю слова.

Во-вторых, ни разу в жизни я ещё не попадал в ситуацию, в которую я что-либо забыл, и за это меня пристрелили, как вы видите. То есть, это не смертельно и выжить можно в любой ситуации. Можно просто обанкротиться, и я обанкротился и говорю людям: «У меня нет памяти». К счастью, в нашей культуре не принято разговаривать с человеком, спрашивать: «Помнишь ли ты, как меня зовут?» И это меня выручает. Не надо проделывать со мной эту шутку, если вы меня встретите. Просто улыбайтесь с ним и всё. Иначе мы оба можем попасть в просак.

Память как расплата за фантазию

Я воспринимаю свое отсутствие памяти как расплату за очень сильную игру в то, что я постоянно все ассоциативно склеиваю. Когда я вижу какую-нибудь ситуацию или какой-то предмет, я очень часто фантазийно склеиваю его с какими-то вещами. И представляю себе какие-то сложившиеся образы, такая подвижная память и возможность строить очень нечеткие образы. И поэтому мне легче вспоминать всякие ассоциативные штуки, а всякие штуки, не связанные с визуальными представлениями, вспоминаются очень тяжело.

И я считаю, что это просто моя расплата за фантазию. Ты кидаешь копье всю жизнь, и, ну, значит, ты, может быть, хреново отжимаешь штангу. Ты, сорян, выбери что-то. Вот. Зато фантазия хорошая. Вот.

Опасность подвижной фантазии

И я наблюдал однажды во время занятий у психолога, когда мы говорили про детские травмы, я представлял, а не было ли у меня… И я не знаю таких травм или таких травм. Обнаружил, что есть закрытые в памяти воспоминания, и в ходе работы раскрылись одни укрытые памятью воспоминания травм, другие. И я думал, что там может быть еще? И начал что-то себе представлять, какие-то тревожащие картины. И вдруг я понял, что я боюсь, потому что не могу отличить, было это на самом деле или нет.

Я ходил и вертел эти сцены в голове и понял: «Блин, чувак, сейчас ты себе напридумываешь за несколько дней, и ты не сможешь отличить». Я понял, что у меня нет вообще никакого способа реально проверить, было это со мной или не было. Я реально могу выдумать со своей подвижной фантазией какую-то сцену и потом не смогу понять, существовало это или не существовало.

Более того, у меня есть в памяти две или три таких ситуации в жизни, про которые я сейчас не уверен, они были или нет. Мне кажется, что были, а может быть и нет.

Множественность видов памяти

Я знаю про себя, что у меня такая подвижная память. Я знаю, что видов памяти их десятки, если не сотни. Что мозг очень по-разному запоминает контексты, запоминает числа, запоминает абстрактные вещи, то, что было в нарративе, запоминает лица по-разному. И это куча отдельных модулей. И они все могут очень причудливо и индивидуально работать.

Сейчас ученые знают о памяти очень много и они знают, там, не знаю, как я слышал в какой-то из лекций, меньше десяти процентов того, что представляет собой память. И поэтому мои представления о памяти банальны, очень примитивны, я не разбираюсь в ней и я вообще не уверен, что идеальная память в принципе — это благо и это норма. Может, это как раз не норма.

Практические выводы

Поэтому просто я выбираю спать, вовремя ложиться и зарядку делаю по утрам. И сразу же у меня количество тормозов от того, что я забыл какое-то слово, сокращается. А когда эти тормоза происходят, я не парюсь, ну, типа, сейчас это бывает раз в неделю. Когда-то это было пять раз в день. А потом из-за того, что ресурс возвращается и силы возвращаются ко мне, заминки происходят все реже. Вот сегодня одна такая была. Ну, была и была. Я просто подобрал синоним и выжил в этой ситуации. Я иду дальше.

Обесценивание попыток

Обесценивание попыток. Есть история про ошибку выжившего. Я придумал историю про ошибку контуженного. Это про то, как человек что-то пробует и сталкивается с неудачной попыткой. И эти неудачные попытки снова и снова и снова и снова могут его очень сильно подкосить.

Потому что есть ребята, которые настолько сильны своим перфекционизмом и настолько сильны неприязнью к своим собственным ошибкам, что они за неудачные бывшие попытки себя наказывают. И там, где другие просто карабкаются в гору, наши герои ругательски себя ругают и едят по едам за то, что они до сих пор в эту гору не взобрались, хотя уже пятый год на нее пытаются залезть.

И вот этот вот груз пяти прошлых восхождений, он настолько силен, что обрушает их и превращает их жизнь в жизнь с дополнительным грузом. И мне кажется, что навык необесценивания прошлых попыток — это важный навык.

Формула «Лети, блядь, дальше»

Я, конечно, придумал для себя формулу и давным-давно её записал в тексте, и она мне понравилась тогда. Называется «Лети, блядь, дальше». Это из книжки Джима Кэмпа «Нет», где лётчиков боевых постоянно учили тому, что каждый момент времени лётчик, как правило, принимает неверные решения. Чуть больше скорость, чем следовало, чуть выше курс, чем нужно, угол неоптимальный, выстрелил, спрыгнул чуть раньше, спрыгнул чуть позже и так далее, и так далее.

И каждый момент времени, если посмотреть, то попытки не оптимальны. И самое главное, чем их учат — лети дальше, продолжая принимать решение. Вот.

Работа с пищевыми срывами

Я хотел рассказать, как это происходило на примере моей работы с психологом, занимающимся пищевыми поведениями, расстройством пищевого поведения. Он сталкивался с тем, что я рассказывал о пищевых срывах и он просил их декомпозировать, разложить на мелкие составляющие.

Он говорил: «Если у вас пищевой срыв, то, пожалуйста, запишите: сколько вы ели? Какое количество добавок было? Одна-две? Сколько в тарелках? Одна-две? Какое было чувство сытости? Как вы оценивали собственную вину?»

То есть он просил… Книга о летчиках? «Джим Кэмп. Нет». Она еще называется «Сначала скажи нет». Если кто ее знает, напишите, пожалуйста, в комменты «Джим Кэмп». Вот. Хорошая книга.

Детализация срывов

Так вот. И он приучал меня к тому, что нет сорвавшейся попытки, нет эмоционального переедания в отрыве от нюансов. Да, ты, может быть, переел. Но если ты посмотришь в динамике, то окажется, что ты не как два месяца назад три тарелки навернул по два раза ночью, и еще заел потом вареньем, сходил и шоколадкой сверху залакировал. И после этого мучился от ттяжести живота всю ночь, утром себя винил в шесть часов и только к вечеру отошел.

Окажется, что ты пол тарелки еды съел, быстро все это прекратил достаточно и вроде бы ты проиграл, потому что ты в час ночи взял и наелся. Но по факту, если все это начинать оценивать в измеримых единицах, в прогрессе, в цифрах, сравнивая не плоской шкалой сорвался-не сорвался, а сравнивая шкалой, насколько сильно сорвался, насколько долго летел на этот раз, как быстро остановил падение, какой урон-то понес, то вот это вот сравнение очень отрезвляет и оно может показать, что значение имеет не то, был эмоциональный пищевой срыв или не был, а этот подсчет может показать, что прогресс есть. Но он реально есть. Срывов все меньше, они носят меньшую интенсивность, между ними все больше расстояния.

То есть это такой переход от плоской оценки к оценке по множеству параметров.

Вопросы о ведении записей

Тут вопрос про пример конспекта. Как ведете записи о том, что ели-пили о еде? В общем, на самом деле меня утомляет достаточно сильно вести записи о еде. Мне понравилось, что в последний раз мы ввели записи… Сейчас я вам сайт просто его найду. «Осознанное питание.рф», по-моему. Сейчас я смотрю. Так, да, Сергей Леонов. Я сейчас напишу «Осознанное питание.рф». Вот так вот. Но несмотря на то, что здесь в YouTube это не отображается как сайт, это сайт.

Речь шла о том, чтобы записывать собственную рефлексию и мысли про это. То есть это было нужно не для того, чтобы цифры копить, а это нужно было для того, чтобы обращать внимание на то, что ты делаешь, чтобы не есть на автомате, а включить некоторую осознанность и включить рефлексию и понимать, что с тобой происходит сейчас.

Подключение осознанности

Подключать там, где, в общем-то, работают самые автоматические древние системы, подключать туда функции. То, что я называю. Я, может быть, ошибочно это называю, но… Нет, не буду вас путать. Неважно, как я это называю. Всё про круг головного мозга и лобные доли и так далее. Ну, я в этом ни хрена не понимаю, поэтому просто вас не буду. Ну, речь вот о том, чтобы просто включать те части сознания, которые отвечают за анализ того, что происходит прямо сейчас.

Рекомендация специалиста

Итого, если говорить про… ну и заканчивая про вот это вот расстройство пищевого поведения, если вам это актуально, я вот Сергея Леонова я могу порекомендовать как человека, с которым стоит попробовать заниматься. Вот у меня это было и был очень хороший опыт положительный.

Разглядывание положительных моментов

Итак, мы говорим про обесценивание попыток и про то, что это достаточно важный навык выходить из очередной попытки, понимая, насколько улучшились все-таки показатели и научившись, что имеет смысл учиться тому, чтобы в самом неудачном вроде бы опыте привыкать, разглядывать положительные моменты.

Речь идёт не о позитивизме, типа: «О, как классно, смотри, они все умерли, а ведь могли бы умереть с которыми ногами и всё хорошо». Нет, речь идёт не об этом, не о глупости. Речь идёт скорее о реальности, потому что это приучение себя к некоторому неплоскому взгляду на ситуацию.

Вина versus ответственность

Что я еще хотел здесь сказать в этой теме? Вторая вещь — про вину. Про то, что после того, как попытка возникает неудачная, ну там человек входит в эмоциональный шторм и думает, что вот все же было хорошо и могло быть так классно, а не стало, и это из-за того, что я какой-то не такой. Там включается, ну у кого-то стыд, у кого-то вина.

Я встретил недавно рассуждение у Виктора Франкла про, наконец-то я добрался до его книжек, про противоположность вине. Он говорит, что ненависть — это присущая людям форма агрессии, но люди не виноваты в своей ненависти. Они не виноваты в том, что она у них есть к чему-то или кому-то. Это часть их природы.

Мне скорее важнее нести за свою ненависть не вину, а ответственность. Я это прочёл как-то, что вместо того, чтобы копаться в том, почему ты что-то ненавидишь или кого-то ненавидишь, вместо этого просто понимать, что да, я вот это ненавижу и жить, осознавая эту свою черту, не давая ей сжечь себя полностью или контролируя эти проявления.

Вина блокирует действия

Это история, которая немедленно все меняет, потому что пока ты винишь себя, ты ничего не делаешь. Вина не дает тебе переключиться на то, что можно и нужно делать. Ну вот пример. Если я, например, люблю есть мясо, но мечтаю стать веганом, то вина за мясоедство, за то, что я вот опять там мясо съел, она меня очень сильно грузит и не дает мне никакого рационального выхода. А ответственный за свой выбор, за то, что я мясо поел — это совсем другое дело.

Это штука, которая говорит мне: «Да, я сейчас такой» — она про принятие себя и про то, что попытка, может быть, была неудачной. Но ты берешь эту ответственность на себя и ты живешь с ней пока, надеюсь, что однажды ты придешь к тому, что в итоге даст тебе гармонию. Вот.

Эта история про то, что вина не разрешает тебе неудачные попытки, а ответственность за себя, она разрешает тебе неудачные попытки, потому что иначе научиться ты не можешь. На самом деле это ключевой навык, различающий поведение. Реакция — это реакция на неудачу. Очень частая характерная реакция: «Я виноват в срыве». Я виноват в срыве? Это вообще не важно. Важно переключиться с вины на то, что можно и нужно делать.

Локус атрибуции и локус контроля

Третья вещь, которую тут надо вспомнить — это то, что рассказывала Лена, Лена Белова, про локус атрибуции. Локус атрибуции — это объяснение себе, ну, я примитивно очень рассказываю, как я понял, это объяснение себе, от чего зависела неудача в прошлом, от чего зависела неудача, чаще всего локус атрибуции обращают в прошлое. Что тогда пошло не так?

Есть локус атрибуции, как объяснение, что ж тогда такого случилось-то, что все пропало. Бывает он внутренний, когда мы говорим «это я все не так сделал», а бывает он внешний, когда мы говорим «обстоятельства так сложились, все пошло не так, не по моей воле и вине».

И с локусом атрибуции, конечно, можно взвалить всё на себя, а можно считать, что все мудаки и вселенная такая мудацкая, и я тут вообще ни при чём. И та, и другая позиция чреваты такой негибкостью и чреваты неадаптивностью, если они вообще не про ситуацию, не про то, чтобы слышать, что на самом деле было.

Ну, когда человек всегда начинает искать вину в себе, это не адаптивно. Это не позволяет ему увидеть, что было на самом деле. Когда человек все время обвиняет обстоятельства, обвиняет других, это тоже к реальности не имеет никакого отношения, потому что он делает это по привычке.

И про локус атрибуции здесь важно знать, потому что у него есть еще брат — локус контроля. Обращенный в будущее, как правило, это про попытки понять, будет ли следующая попытка удачной в зависимости от моих действий или мои действия ничего не изменят. Локус контроль окажется про это.

И вот есть люди, которые считают, что действия мои ничего не изменят, а если это как бы внешний локус контроля, то есть контроль у ситуации вокруг меня, а есть люди, которые считают, что от моих действий зависит все — это внутренний локус контроля.

Формула баланса

И здесь очень интересно, что меня психологи в свое время учили в формуле, что что бы ни произошло, я сумею с этим справиться. И что бы ни было в прошлом, я не обязан нести всю эту ношу в одиночку.

То есть у меня очевидно, так как это было противоядие от моих внутренних убеждений, и, очевидно, я считал, что в своем прошлом я виноват сам и в будущем ничего не могу изменить. И мне говорили, что не факт, а есть другая точка зрения.

Всё-таки здоровая позиция, кажется, это смешанная позиция, когда в будущем будут вещи, которые ты можешь попробовать изменить, и в будущем будут вещи, которые от тебя не зависят. И надо чётко различать, что от тебя зависит, а что нет. И в зависимости от этого делай, что должно и будь, что будет.

И ты не центр мира, и весь мир не крутится вокруг тебя, и что-то от тебя не зависит. Но, тем не менее, у тебя есть некоторая свобода действий, и влиять на этот мир ты можешь. Поэтому стоит выкладываться и пытаться, веря в то, что твои действия будут иметь значение.

Триада Бека

И четвертая штука в этой теме про обесценивание собственных попыток — это то, что не лишним будет вспомнить рифмующуюся с этим триаду Бека про то, как человек оценивает себя, мир вокруг и свое будущее. И вспомнить, что если человек оценивает себя негативно, мир вокруг как враждебный и злой, и будущее свое как беспросветное, то у него можно будет с большой долей вероятности со временем найти депрессивную симптоматику.

А у людей, которые, если я ничего не напутал, не проявляют признаки депрессивной симптоматики, у них, скорее всего, в этой триаде восприятия будет другая. Может быть, они оценивают себя как обычного человека со своими плюсами и минусами. Может быть, они оценивают мир вокруг себя как равнодушный, в чём-то помогающий, в чём-то мешающий, но, в общем, в целом не направленный против, или в целом не направленный против, даже если он в этой точке времени и пространства направлен против, но в целом есть места, где он не будет направлен против, и будущее своё оценивают как будущее, которое не обязано быть мрачным.

Так, про обесценивание попыток — всё, что я мог на сегодня сказать. Я надеюсь не уйти в психологи всё-таки и не узнать ещё килотонны супер-важных знаний на эту тему.

Важность процесса

Следующая штучка, которая у меня написана — это «Важность. Процесс». Там всё достаточно просто. Ой, мне книжка нужна. Дайте мне пять секунд. Так, значит, всё, я взял книжку, чтобы цитату там найти.

Цели как риск

Речь о целях. И все начинается с того, что цели — это штука, воспетая в сотнях книг и тысячах статей в наше время. Но ставить цели — это все-таки рисковая операция. Ты берешь в долг у себя и потом придется расплатиться. Хорошо, если цель достигается, а вот если нет, то тогда придется расплатиться с процентами.

И бывают ребята с мотивацией избегания неудач, которые, соответственно, не готовы ни во что ввязываться, потому что потом цели могут подвести.

Антитеза целям — танец

И несколько лет назад я рассказывал про то, что антитеза целям, антитеза вот этому достижению, цели и тому, что ты идёшь к этой вершине, а потом за ней другая вершина, и третья вершина… тебя морят эти вершины, и они не отпускают тебя, и они заставляют тебя к ним идти, что есть система, которая не заставляет тебя бегать за целями и расплачиваться за срывы.

Это система, которая идет совсем от другого. Я ее искал, я ее нашел. Само это мое личное открытие, а потом оно, естественно, подтвердилось в куче книжек и смыслов от других людей. Я рад этому, потому что нет ничего приятнее, чем открыть самостоятельно закон, который известен тысячам людей.

Антитеза целям — это танец на моем внутреннем языке. Дети танцуют просто, чтобы танцевать, безо всякой цели. Мы говорим не о спортивных соревнованиях по танцам, а просто о веселом танце. Я тут всегда традиционно вспоминаю танцы Дмитрия Анатольевича Медведева, который уж он-то точно танцевал просто, чтобы двигаться.

И в этом тезисе речь про ценность процесса. Про то, что если подводят цели, то можно отстроить собственную жизнь вокруг процесса. И речь об изменении восприятия процесса.

История с йогой

Вот я решил, что я буду ходить на йогу по утрам и буду заниматься своим телом. И начал ходить. И в какой-то момент я вспомнил, что это классный процесс, мне это нравится.

А потом ко мне пришла волна, которая говорила: «Смотри, вот год назад ты мог делать маричасану и там садиться в нее и специальным образом сгибаться, а потом ты эту форму потерял и сейчас маричасану сесть не можешь. И когда-то ты мог там специальным образом зажать руки за спиной и наклониться, а сейчас не можешь. Где потерялась эта форма? Давай-давай, она тебе нужна быстрее. Давай-давай, давай-давай-давай».

И я начал злиться от этого и терять самообладание. И мои походы на йогу утренние стали тяжелее, потому что танец исчез, вместо этого цели появились.

Книга «Сексуальный интеллект»

И тут я читал чудесную книгу про изменение восприятия собственной сексуальности и изменение восприятия секса. Она называется «Сексуальный интеллект». Если вы нуждаетесь в переосмыслении того, что происходит с вашим телом и того, что происходит с вашими представлениями о сексуальности, о том, какой должен быть правильный секс, и если вы испытываете постоянный ворох мыслей на тему того, какой он должен быть и какой он в реальности, и вот это вот сравнение, которое сводит с ума, то я советую эту книжку.

Автор Марти Клайн «Сексуальный интеллект». И я там читал про то, как людям хочется чувствовать себя до, во время, после и в отношении секса. И там написано:

«Как показывает мой клинический опыт, люди хотят чувствовать себя раскованными, молодыми, грациозными, как будто у них есть всё время мира, привлекательными, компетентными, особенными, как будто это они изобрели секс, и бесстрашными. Согласитесь, звучит потрясающе. Задача в том, чтобы ощущать всё это, когда мы расслаблены. А иначе мы никогда не сможем прочувствовать все эти ощущения в полной мере».

Прозрение про йогу

И я понял, что это про йогу. Что, как показывает мой опыт, я хожу на йогу и напрягаюсь там, значит, чтобы сесть в маричасану, для того, чтобы чувствовать себя раскованным, молодым, грациозным, как будто у меня есть все время мира — привлекательным, компетентным в йоге, особенным, как будто я изобрел йогу и бесстрашным. смех

И тут я понял, что я смотрю на йогу уже не как на процесс, а как на цель. И я расслабился, я понял, что я со своей техникой адекватен своей форме. То, как мое тело выгибается — это адекватное его состояние. И то, как оно не выгибается, тоже адекватно.

Надо просто расслабить себя. Ну, это сложно очень. Любые предложения со словом «просто» — это сверхсложно. Надо не концентрироваться мне на том, насколько я сейчас могу повторить форму годовой давности, а концентрироваться на получении удовольствия от процесса. И сразу же стало проще.

Я после почти месяца хождения снова начал туда ходить просто так, для того, чтобы получать удовольствие. И сразу стало легче.

Радость от процесса

И получению радости от процесса очень помогает некоторое всматривание в то, что делаешь. Я читал эту цитату из книги «Путь художника» про осознанное внимание к мелочам, которые сейчас вокруг тебя, и то, что они порождают радость.

И я думаю, что цели — это польза, а вот радость — это сверхпольза. Потому что радость — это то, что будет помогать тебе не в одном марафоне, а в десятках марафонов всю жизнь. И тут забота о радости и трам-пам-пам-пам.

Это была про важность процесса.

Вопросы из чата

Я вижу, там появились комментарии. Я сейчас загляну.

«Случается, что даже танец не помогает заставить себя работать. Вот пошёл сейчас КПТ, попробуем вытащить. Почему?»

Да вы ж всё написали. Вы ж пытаетесь заставить себя? Конечно, у вас сопротивление жуткое. Что будет, если не заставлять себя работать?

«Ничего не мотивирует от слова совсем, мотивирует только страх дедлайна, но я так очень не хочу».

Я понимаю вас и поддерживаю, потому что подхлёстывание себя — это прекрасная, конечно, по эффективности штука на короткие сроки, но на долгих сроках она… Она же заставляет вас залезать в свой ресурс, и вы туда забираетесь с помощью страха, но не отдаете этот долг себе, и рано или поздно начинаете скрести уже по донышку и вам нечем себя заставлять. И я тоже думал, что есть какие-то средства для того, чтобы заставлять себя быть эффективным, но оказалось, что нет.

«Если себя не заставлять, то просто будет стоять работа». Ну вот для вас следующая главка.

Что делать, если нет ресурсов

Что делать, если нет денег, нет ресурсов, нет ничего, ничего не работает и не ясно, за что хвататься?

Я могу только поделиться своим опытом, и я до сих пор не знаю, правильный этот опыт или нет, но и нет, наверное, правильного опыта. Я хочу, чтобы вы не восприняли его как попытку давать совет, потому что это не совет, а это очень сложная фигня.

Мой путь через банкротство

Я решился в своё время на некоторое банкротство эффективности. Я пустил всё. Я потерял семью, я отказался от слежения за несколькими десятками проектов одновременно. Я решил, что я жить так больше не хочу, и все, что могло наебнуться — наебнулось. И поднимать я это не стал.

И это длилось несколько лет. Мне пришлось все потерять и все заново пересобирать, проверить все свои принципы на то, мои они или не мои, и увидеть, где я предпочитаю ничего не выбирать и откладываю выбор, отдаю его другим людям.

Я решил, что я не выживу в ситуации, когда я беру себя в долг и ничего не возвращаю. И мне пришлось пересмотреть полностью свое отношение к словам «надо», «должен», «к обязательствам», к тому, как общество пытается сделать из нас социально полезных членов общества и как при этом нас побуждают отказываться от того, что нам важно, говоря, что это не имеет значения.

Выход на другую сторону

И я из фронта в сотни тысяч человек вышел на другую сторону и остался там один. Потому что они-то знают все, зачем они работают, потому что они… и зачем они делают какие-то вещи. Потому что они делают их, потому что ощущают, что так правильно.

А я перестал верить тому, что всё правильно, и начал задавать вопросы: «А почему это так?»

Работа мечты и кризис

В определённом смысле вот вы пишете, что у вас работа мечты, которую так долго хотели, люди даже деньги не мотивируют. Внезапно, когда мне это вручили, перестало этого хотеться. Потому что речь не о работе мечты, речь всегда о потребностях и о том, что люди сложные, они взрослеют, у них меняются потребности.

Одновременно может быть несколько потребностей. И никогда игнорирование каких-то потребностей и заглушение их достижениями не работает. Всегда нужно бросать в эту топку что-то еще и еще и еще. И это кризис. И первая часть кризиса — это всегда неразрешенные противоречия.

Потом будет решение. И, как правило, оно лежит вообще в какой-то совершенно другой области, не в том языке, который привел с кризисом, а в совсем новом.

Но я хочу просто поддержать вас и сказать, что это нормально. То, что вы получили работу своей мечты и у вас на нее не стояк — это нормально. Это говорит о том, что внутри вас работают совершенно здоровые, спокойные, нормальные механизмы. С вами все в порядке. Вы в текущей локальной кризисной ситуации. Через это проходили тысячи людей. Кто-то не смог с этим справиться, кто-то смог с этим справиться. Всё зависит только от вас.

И, может быть, не страшно проиграть битву, но выиграть войну? Может быть, не страшно потерять работу мечты, но выиграть жизнь мечты? Who knows? Не знаю.

Паттерн погони за целями

Про процесс бросания в топку. Будет ли он всю жизнь, на ваш взгляд? Ну, я в какой-то момент понял, что у меня он продолжается и повторяется, что каждый раз я устаю от текущей цели и вымотан, и выскакивает следующее манящее обещание — какой-то супер грандиозный проект, и я за него бросаюсь, берусь, и он полностью обесценивается к моменту его достижения и становится манящим только следующий проект, следующая цель, следующая вершина.

И когда я увидел этот паттерн, я понял, что со мной просто… Я не знал тогда, что происходит, но со мной играла в привычные игры система подкрепления, такая прожектёрская, которой очень тяжело достигать и очень легко устраивать образы. И потом, когда эти образы не совпадают с действительностью, я встречаюсь с жесточайшим внутренним разочарованием. Ну и вместо того, чтобы бродить вновь и вновь по этому кругу я просто выбрал для себя сесть и ничего не делать, пока я не разберусь.

Сидение на обочине

Я сел, и вокруг меня проносились чудесные, блистающие, охуенные возможности. Просто скоростные поезда возможностей неслись, мигая огнями в ночи. А я сидел на обочине на камешке и говорил, что пока я не начну понимать вообще, что происходит со мной, я с места, блять, не сдвинусь. Потому что я устал бегать за этими поездами.

И я начал разбираться в том, как вообще я устроен. И я начал понимать, почему я делаю какие-то вещи. Потому что я устал от собственной непредсказуемости, от того, что я творю вещи, за которые мне стыдно перед собой. И я ору на людей, и я полон какой-то боли и гнева, и внутреннего давления. И у меня срывает крышу. И я решил, что хорэ, кажется, хватит.

Но это мой выбор, а не ваш. Я желаю вам выбора, от которого вы ощутите свободу. Желаю вам силы и мужества.

Расчет оставшегося времени

Что хочу сказать по поводу… У меня сейчас проносятся, меня в пот бросает, что возможности убегают. Ну хорошо, хорошо. Сейчас я вам из книжки «Искусство мыслить масштабно» напишите мне, сколько вам лет. Ну, примерно. Можно, не точно, но примерно.

Сейчас я вам покажу ловкие трюки: трам-парам-парам-пам-пам-пам-пам-пам. Вот. У нас разница секунды в двадцать. Я пока подожду, пока вы какой-нибудь напишите возраст. Это вообще жесточайший трюк. Когда я его прочел, я такой: «М? What?»

Ох, тут уже час идет, наверное. У меня там есть еще 32. Прекрасно. Значит, у Шварца написано так: выходит мужчина и говорит: «Вот столько, значит, всего». Он говорит: «А во сколько вы начали работать?» Мужчина говорит: «18». Шварц говорит: «Ну, смотрите, 32, 18 — это значит, что вы работаете уже 14 лет. А до скольки вы планируете работать?»

Мужчина говорит: «Ну, лет там типа до семидесяти», например. Шварц говорит: «М-м-м, отлично! Значит, у вас еще тридцать восемь лет впереди рабочих. Типа четырнадцать, а вы пока работали, тридцать восемь, вам еще работать. То есть у вас практически, считай, в два с лишним раза больше еще впереди времени, чем у вас сейчас есть. Да вы же можете еще столько раз все заново вообще начать и успеть, и все наверстается».

И меня это как-то сразу подрасслабляет. Когда я про это думаю, про то, что кажется, что ничего уже никогда не представится. На самом деле, впереди еще очень много возможностей. Поезда будут носиться мимо вас всегда. Но просто невроз бегания за поездами в попытке уберечь себя от того, что вы что-то там упустите, он, наверное, болезненнее, чем пропускание одного-двух поездов.

Здесь вопрос в том, почему вам нельзя поезда пропускать. Но я думаю, что это повод для разговора с специалистом лично.

Что помогает мне

Значит, что могу сказать по теме? Что делать, если нет денег, нет ресурсов, нет ничего, не ясно за что хвататься. Мне помогают такие вещи.

Ну, во-первых, мне помогает выдохнуть и понять, что я некоторые вещи сделать не могу и банкротство — это нормально.

Вторая вещь. Я знаю, что все легче, чем я думаю, просто я этого не ощущаю. У меня внутри есть искажения когнитивные, которые заставляют меня оценивать предстоящие действия как тяжелые, хотя на самом деле они иногда занимают пять секунд. Но я могу собираться очень долго. И с годами прокачивается вот это вот приучение себя к мысли о том, что все легче, чем ты думаешь.

Когда-то я на стеночку себе повесил эту надпись «Все легче, чем ты думаешь» и жил с нею. Но надписи не так сильно работают, как тренировки.

Помощь клуба

Я хотел сказать, что существует такая вещь, как помощь клуба. Люди вокруг, их очень много, они хотят, чтобы у вас получилось. Их реально тысячи, если не десятки тысяч. И даже если вы их не видите, вот. Иногда можно сказать человеку «помоги мне найти помощь», и человек тебе помогает.

И я привожу здесь несколько тезисов. Первый тезис про то, что если фаза острая и если есть суицидальные мысли, то это однозначный показатель для того, чтобы обращаться к психологу или психиатру. И не надо сталкиваться с суицидальными мыслями в одиночку. Либо с теми людьми, которые не разбираются в теме. Потому что, как правило, у тех, кто не разбирается, советы на уровне «да, просто расслабься, сходи в отпуск, съешь шоколадку, поменяй фамилию, начни жизнь заново» — это не профессиональные советы, которые — ну, просто потеря времени, и люди не понимают глубины проблемы.

Вот, поэтому я ещё раз напомню и каждый раз я говорю, что суицидальные мысли — однозначное показание к тому, чтобы обратиться за помощью к профессионалу. Вот.

Про работу с психологом

По поводу психолога. Психологи учат, как увеличивать собственный ресурс. И это вложения, которые окупаются, ну, в моём случае, стократно. Я считаю, что это самое лучшее вообще вложение денег, которое я когда-либо делал. Потому что, несмотря на то, что кажется, что психологи берут дорого, но это секрет в том, что они и должны брать дорого, иначе терапия не ценится. Терапия всегда будет стоить ровно столько, чтобы вы думали, а нужна ли она мне. Не бывает эффективной терапии за 3 рубля. Иначе она не работает.

И люди говорят: «Ну, а что же мне кредит брать?» — я бы брал кредит. Если бы у меня реально не было денег и была возможность тогда брать кредит, я бы брал кредит на психолога. Это мой выбор, опять же. Не могу его никому навязывать.

Альтернативные варианты помощи

Я знаю, что если денег нет на терапию, то, во-первых, у меня есть знакомый рассказывающий, что им удалось перекантоваться с помощью городского психдиспансера. То есть приходишь, таблетки получаешь, и это помогает справиться с острой фазой. И это нормально. Обращаться за такой профессиональной помощью тоже нормально.

Я знаю, что если нет денег, то есть горячая линия, в которых находятся тоже профессионалы, могущие распознать ситуацию и могущие направить и помочь.

Как пример, я сейчас открою и проверю, есть ли на сайте. Сейчас я открываю. На сайте, поэтому всё время надо проверять. Сейчас, теперь я включу трансляцию и выберу. Я уверен, что этого много, но я нашел в свое время и хожу сюда. Не пользовался этим сервисом «Ясный лайф», но у них в подвале, такой подбор дистанционный терапевт, у них в подвале есть такая штука, как организация контакта кризисных центров. Я уверен, что не только у них. Ну вот, неотложная психологическая помощь. Это про Москву.

Но я думаю, что если позвонить и не из Москвы, то, наверное, помогут. И региональные, кстати, тоже есть. Службы психологической помощи населению, экстренная медико-психологическая помощь, телефоны доверия, центр помощи пережившим сексуальное насилие, телефоны доверия по вопросам наркомании и ВИЧ-СПИДа, кризисный центр помощи женщинам и детям.

Не надо сидеть и вариться одному в своем собственном соку. Это достаточно важно. Если нет возможности пойти к психологу за деньги, то можно позвонить. Если нет возможности позвонить, можно попросить человека, которому вы доверяете, позвонить и дать вам трубку.

Мой опыт обращения за помощью

Я помню, как мне было очень тяжело терапевту писать, психологу писать, и прямо каждый раз из меня выдавливалась только одна строчка, что, кажется, мне нужна помощь, и я отправлял письмо, и дальше уже приходило некоторое спокойствие и благодать, потому что в этот момент я нуждался в том, чтобы отдать ответственность за свою судьбу в чьи-то чужие руки.

Сейчас я уже так не делаю, но тогда это было мне нужно, и я чувствовал, что, кажется, теперь обо мне позаботятся.

Как определить, подходит психолог

«Как определить, подходит психолог или нет?» Про это тоже, в общем, все достаточно. Сейчас я найду: «Психолог, как найти?»

Значит, смотрите, сейчас я включу тоже окошко. Ну, я к себе зашел на сайт и набрал тут «Психолог, как найти?» Ну, неважно.

На «Медузе» есть карточки «Я хочу пойти на психотерапию. Какой метод выбрать?» Значит, «Раз». «Как выбрать психотерапевта?» Два. Там уже на «Медузе» есть еще разбор, что делать, если вам кажется, что поведение психолога или терапевта некорректно. Рассказывается, так, бывает ли так, что психотерапевт хороший не подходит? Да, бывает.

Есть еще карточки про то, как распознать насилие со стороны психолога в отношении себя и так далее. В общем, мне нравится эта история на «Медузе», можно там поискать.

Я для себя определял по текстам, подходит психолог или нет. То есть Ольге Берг я сначала просто на сайте читал, что она пишет, вот там в текстах, которые у нее были, там вопросы, советы, статьи. Вот в статье я просто полез и читал. Мне показалось, что да, подходит. Потом я попал на семинары к Марии по ДУМ и пошел тоже к ней. Она, по-моему, сейчас тоже принимает.

Но это все очень индивидуально. Они, например, вам могут не подойти, вот, если бы вы там к ним обратились. И это история про то, что если не получится, надо пробовать, наверное, еще. Ну, то есть такое бывает — это нормально. Иногда у людей несовместимость, иногда они не могут найти рапорт. Это абсолютно нормальная штука, потому что психологов очень много и пациентов очень много. Психологи — тоже люди. Это история про структурированное общение в каких-то рамках и не факт, что она сработает у вас с этим психологом. Так бывает. Просто придется искать еще.

Комментарий из чата

«Преследовать навязанную обществом цели — прямой путь к глубочайшей депрессии. Я уехал на тракторе в Амстердам на три года для работы в корпорации „Бегемота“. Вернулся на Украину полгода, как подгоревший овощ был. Но это прошло со временем, поддержка близких очень помогла».

Ну тут вопрос, что вы можете уехать и не обращать внимания на какие-то свои потребности, которые там не удовлетворяются, и получить достаточно жёсткий провал. Очень здорово, что вам есть куда вернуться и перекантоваться, поднакопить силы. Это прямо очень ценно и круто. И что люди могут не заёбывать вас тем, что «ой, смотри, откуда ты уехал, тут всё плохо, там всё хорошо, дурак ты своего счастья не понимаешь».

Тут можно только порадоваться, что у вас есть возможность разобраться в том, что вам на самом деле нужно. Потому что ничья, чужая система оценки не валидна вашей, только ваша в вашей жизни имеет значение. Вам могут быть ценны те вещи, которые всем остальным кажутся абсолютно дурацкими, и это ничего не значит.

Итоговые мысли по теме

В итоге, если нет денег, нет ресурсов, нет ничего и не ясно, за что хвататься, то, мне кажется, надо замедляться и воспринимать этот сигнал как сигнал от мира в том, что дальше так продолжаться не может. Нужно предпринимать какие-то другие действия, не типичные, не как обычно. Ну вот как-то так.

История про давление ситуации

Сегодня я встретил статью о том, что парень покончил с собой и со своей мамой, и 30 лет они строили дом, и на месте этого дома хотели проложить трассу, и они ничего не могли с этим сделать, и он решил, что эмоционально пережить этого не может, а она не может без него тоже справиться с жизнью, поэтому он убил сначала её, а потом себя.

Это грустный пример, который мы не знаем этой ситуации и судить со стороны ее невозможно. Это то, что следует всегда помнить, что давление, которое ощущают люди изнутри ситуации, снаружи ощутить невозможно. И, конечно же, кажется со стороны, что все так просто, внутри у человека безусловно какой-то клубок сплетений и роковых случайностей, которые к этому приводят.

Будет хорошо, если хоть кто-то в такой ситуации не выберет действовать как обычно, а выберет немножко отступить в сторону и столкнется с поддержкой.

В итоге мой путь — это научиться потихонечку накапливать ресурсы и терпеть. Ну вот, семь лет ушло, и я вроде учусь. И вроде бы уже с ресурсом все получше.

Семья

Осталась последняя тема. Даже волнуюсь немного. Семья. Про это можно часами, наверное, говорить. И каждый раз я это откладываю, если в книге. Я же решил книгу написать, я Шторм решил написать. Если я буду про это писать, то, конечно, там будет больше.

Мы живем уже много лет вместе с Ксенией Владимировной. И очень… Несмотря на то, что сейчас наши отношения очень глубокие и нежные, было время, когда я пытался учить её всему и просто заёбывал. Было время, когда я анализировал поведение по любому поводу. И тогда она сказала вещи, которые потом психолог подтвердила, что перестань меня анализировать — это обычная формула.

Путь к взаимопониманию

Нам пришлось выяснить кучу границ. Нам пришлось научиться говорить друг с другом, понимать общий язык. И нам пришлось идти к человеку, которые учили нас говорить на языке друг друга. Получилось, что они называются семейные психологи, но, конечно, это переводчики.

И она тот человек, которому я говорю: «обними меня, когда мне это нужно». У нас, конечно, волны, мы прошли вместе очень большой путь. И для меня всегда вопрос: вот эта вот история про победу над штормом — это история, которая могла бы без нее произойти или нет? Ну, она была бы другой определенно, если что. Потому что такое количество поддержки, сколько я получаю здесь, я прямо могу позавидовать себя самому. Вот.

Главный принцип

Ну, я хотел бы сказать, что, тем не менее, рефреном в наших отношениях является неготовность жертвовать собой. В наших отношениях самая здоровая вещь, которую Ксения Владимировна говорит в том, что ты меня научил — это то, что ты имеешь значение большее, чем твой партнер.

И я сначала думал, что это неправильно, а сейчас я думаю, что это здоровая, охуительная вещь. Я очень рад, что она все время меня этому научила, что жертвовать собой не надо. Поэтому эта поддержка, она всегда старается быть не в ущерб себе и это уже… и она даже не обижает, а воспринимается как здоровая нормальная основа отношений.

Не готов больше рассказывать про какие-то важные вещи семьи, но хочу сказать, что, может быть, я лукавил все это время на диване и не рассказывал, насколько это важно. Это важно, чтобы рядом с вами был кто-то, кому нужно сказать «обними меня» и он тебя обнимает. Или кто-то, кто не готов бросать всю свою жизнь в топку твоего шторма.

Заключение

И последняя вещь про то, что всё, что я рассказывал — это же вся история про попытку показать какие-то вещи на пути к выработке своих методов. И она не про то, что методы должны быть вот такими, а просто истории на время того, пока вы, если вы ищете свои методы, пока вы их ищете.

И главное — это не… если говорить про эмоциональные перепады и про шторм, главное — это не перестать падать, а научиться подниматься. Даже если кажется, что что-то не уложилось, оно все равно укладывается, все равно мастерство с каждым разом растет.

Вопросы о книге

«Когда релиз книги?» Блин, я вчера первый параграф открыл, начал писать. Какой релиз? Ещё столько картинок нужно рисовать — не знаю. Я пока не готов ставить себе цели. Сорян. Как пойдёт. «Думаю, что суть в разнообразии. Надо отвлечься от видео и начать писать». Вот. Может быть, мне уже понравится. Снова.

Я подожду еще некоторое время. Уже час двадцать это все идет очень долго. Я подожду. Если у вас есть вопросы, пишите. Если нет, то будем прощаться. И в следующую среду я постараюсь, наверное, не прийти. Если у вас будут вопросы, напишите их в комментах, в видео. Если их будет много, то тогда проведем еще эфир с ответами на вопросы.

Последние комментарии

«Кажется, весь шторм ради объяснения с семьей». Да, может быть, может быть и так. Это важно, но непонятно, как про это рассказывать. Потому что это сразу столько всего вскрывает. Окей.

Я надеюсь, вы слышите топот. Этот топот теперь будет преследовать нас до восьми утра, когда кошатули лягут спать. Но мы постараемся вытурить их куда-нибудь в коридор, чтобы они бегали блин там.

«Спасибо за всю историю». Спасибо вам, что вы её слушали. Мне это было важно.

«Жаль, что шторм заканчивается». Я не думаю, что он заканчивается. Эфиры, да, пока заканчиваются, но, скорее всего, будет несколько каких-то форматов уже других, которые, ну, просто будут рядом и вы сможете, если что, подсматривать. Вот.

Мне кажется, что ваша история интереснее, чем моя, потому что моя эта история уже прошла, а у вас история, кажется, разворачивается полным ходом. Я желаю вам в ней, чтобы было интересно.

Прощание

«О чём познакомились, откуда, непонятно, где в 36 и в 7 муза». Мы, наверное, на сырниках расскажем. Приходите в субботу. Я не хочу затягивать эфир на полтора часа, потому что это же мучение для тех, кто потом на утроенной перемотке смотрит. Мы по субботам проводим сырники и приходите. Нам сегодня пришло письмо из Англии.

«Окей. Муза сама вас найдет». Это точно. Все. Auf Wiedersehen в комменты, если что там напишем.