Эпизод 18

ИИ-транскрипт (может содержать ошибки):

Начало трансляции

Сейчас проверим. Пойдёт ли трансляция? Ну, кажется, вроде бы идёт. Так, да. Что-то пошло. Хорошо. Это уже четвёртый раз, когда я сейчас пытался её начать. Я рад, что всё получилось.

Так. Я открыл опорный конспект. Если что-то там со звуком не так, то в чате, я надеюсь, мне напишут. Будет ли отставать звук от видео? Наверняка будет. Я смотрю, что с прямыми эфирами всегда так. Ну, просто выключите картинку.

О серии видео про шторм

Сейчас я записываю в шторме заключительную серию. Первая серия была про дни шторма, там было девять частей. Дальше, когда я рассказал все, что могу рассказать про дни шторма, поведение в дни штормового режима, я рассказывал про дни сразу после шторма, а сейчас рассказываю про штиль.

Когда небо безоблачное, есть ощущение, что всё прошло. Когда накроет дальше — непонятно, но явно не сейчас. Ходишь, скрестив пальцы и как это… Что мы говорим Богу смерти — не сегодня. Точно так же говоришь — не сегодня.

И в это время имеет смысл раскачивать какие-то навыки, которые помогут в будущем справиться с днями эмоциональных перепадов. И, собственно, про такие навыки я сейчас и рассказываю. Сегодня речь пойдет о заботе о радости и расскажу про дневник.

Когда вы пишете «штиль Людвиг молчит», я не очень понимаю, что вы имеете в виду, но мне сразу же становится нервно, а вдруг звука нет, например. Поэтому вы как-то это изъясняйтесь, поясните, чтобы не пугать меня. Лучше кто-нибудь напишите, что все хорошо и проехали.

Забота о радости

Итак, забота о радости. Эта концепция совершенно для меня дикая и встретил я ее случайно и никогда не задумывался о том, что это такое. Потому что уж о чём я заботился, так только не о радости.

Функциональное общение

Я вообще отлично умею функциональное общение. То есть, когда я общаюсь с людьми, это всегда какой-то такой постоянно задалбывающий паттерн: выяснение задачи, нанесение максимальной пользы, целеполагание какое-то. Давай выясним, что можно сделать. Я совершенно не умею в общение без функции.

То есть, когда я в одной из умных книжек про взаимодействие подрезал модели взаимодействия, я удивился, что там первая модель, что вы можете сделать с человеком — это вы можете его выслушать и ничего не делать. И для меня это было очень странно. Но там был убедительный пример.

Там был пример такой, что когда вы приходите к своим знакомым, и там муж и жена, и они поссорились, и жена вам что-то рассказывает, как она обижена на мужа, то самое лучшее, что вы можете сделать — это выслушать и ничего не делать больше. Ну, послушать, покивать и уйти. И всё. Не предпринимать никаких действий. Сейчас я пододвину микрофон, чтобы было получше слышно. Может быть, вам немножко будет неудобно. Не знаю.

Вот. И вот этого я как раз не умею. Я умею про функцию. Заботиться о результате, заботиться о каких-то вещах, связанных с пользой. Вот это вот всё.

Открытие концепции заботы о радости

И когда я оказался на небольшом семинаре, на лекции скорее, где клинический психолог Мария Анатольевна Подун рассказывала про свою науку, которой она и тысячи других людей занимаются, и рассказывала про депрессию, она упомянула то, что один из ключевых навыков, на которые стоит обратить внимание людям в депрессии — это то, что они не умеют в заботу о радости.

И я такой… Каждое слово по отдельности я понимаю, что такое забота, понимаю от радости, но что такое забота о радости — не очень понятно.

У меня записано, что забота о радости — это осознанный поиск активности, приводящий к позитивной эмоции. Один из путей того, что можно противопоставить депрессии. И я встал в ступор, потому что для меня вообще непонятно, как можно делать что-то ради радости. Ради пользы — понимаю, ради радости — не понимаю.

Мастер радости

Дома вообще у нас за радость отвечает Ксения Владимировна. Она мастер радости, она человек, который каждое утро просыпается практически всегда в великолепном настроении. Она приходит в бурный восторг от какого-нибудь сочетания цветов в салате и находит радости в тех моментах, в моментах, в которые я просто проскальзываю взглядом и такой, типа, ну, просто салат. А для нее он вдруг источник каких-то, какого-то фонтана положительных эмоций на ровном месте.

И я всегда мечтал научиться так же. Я все время приставал к ней и просил ее потренировать меня и так далее, и так далее. Но все не так просто. Вот. Я думал, что имеет значение, ну, простой перебор активностей.

Поиск активностей, приносящих радость

Как сказано, осознанный поиск активности, приводящий к эмоции. Ну, ты идешь и начинаешь их перебирать. Это достаточно очевидный путь. Найти то, что тебя радует. Я говорил об этом пути, когда записывал в третьем видео, там, что надо делать, что я делаю в момент штормовых дней, вот, а что я не делаю. И там я быстро сейчас перечислю, что там было сказано, если вам не охота в него заново лезть.

В момент штормовых дней надо оставить только то, что приносит радость и воодушевление. Встречи с людьми, которые зажигают воодушевление, надо оставить. Даже если на работу надо для этого ходить — сходите. В переговорки меня, как правило, отвлекает и зажигает это все. Приходят люди, новые впечатления, новый контекст, можно переключиться на их задачи. Вау! Точно так же, как я понимаю, психологи в депрессии могут совершенно нормально оказывать помощь людям, несмотря на то, что у них там какие-то свои проблемы. Ты не заключаешься и от этого тебе хорошо.

Я говорил о том, что мне очень нравится и очень хороша активность, когда ты связан с каким-то структурированным временем и структурированными занятиями. Ну, типа, приходишь на секцию — там не надо ничего решать, не надо ничего выбирать. Там тренер тебе говорит, что делать — ты делаешь — ура! Это там тоже отвлекает и может радость даже приносить.

Мне приносят всегда радость лично мне делать что-то по инструкции, когда, не знаю, киевская мебель. Прям берешь инструкции или конструктор собирать и не надо ничего решать, не надо никому говорить, что делать, а тебе просто инструкция говорит: «делай вот так». И очень прямо я на этом деле отдыхаю. Я вот это для себя нашел.

Ещё я говорил о том, что для меня забота о радости — склеить коробочку из бумаги, потому что, несмотря на то, что это вроде бы занятие примитивное и тупое, на самом деле оно удовлетворяет очень много потребностей. Никаких согласований с кем не надо. Зал листочек вырезал, и ни у кого не утверждаешь, как сделал — так сделал. В моей профессии и в моей жизни это очень круто. Я работаю на клиентских проектах, поэтому весь результат нужно, какой бы ты ни был чувак сам по себе, нужно всё равно кому-то показать, показывать и защищать его. Здесь защищать ничего не надо.

Коробочка в моей вселенной — это быстрый, моментальный проект. Никакой не отложенный проект надолго. Я сталкиваюсь часто с проектами, которые могут идти месяцами и годами. А тут сразу сделал, сразу получил. И вещь, которую можно осязать, а не интерфейс, который можно увидеть, сидеть только в браузере и пощупать невозможно.

Еще я говорил о том, что меня радует гулять, я гуляю, и когда сильно колбасит, то прямо идешь в парк, гуляешь и тебе хорошо.

И вот это были примеры таких дел, которые, понятно, их можно перебирать, найти для себя, и они вроде бы радость какую-то приносят. И поиск такой можно устраивать, и навык этот достаточно интересный — искать внешние опоры, которые каким-то образом радость внутри вызывают.

Внимание как источник радости

Но есть второй путь. Этот путь абсолютно контринтуитивен. Я бы никогда не понял, что там что-то есть. Мне тут помогла сильно Ксения Владимировна, которая начала использовать книжку Джулии Кэмерон «Путь художника». Сейчас видно. Фокус. Отлично. Фокус справился.

Вот. И зачитывала во время медитации отрывок из этой книги, который ее достаточно сильно взволновал. Он взволновал и меня, и если вы на медитации ходили к ней в свое время в Инстаграме или там в Ютьюбе, то, может быть, вы это слышали. Но я его, этот отрывок прочту сегодня, потому что мне кажется, что он достойен того. Вот. А если Ксения Владимировна будет слушать, послушает его со стороны, наконец-то, а не сама почитает.

Глава «Внимание» из книги Джулии Кэмерон

Это глава про «Внимание».

Именно внимание позволяет включиться в работу и удержаться на плаву. Отчеты о проблемах флоры и фауны — так называла длинные и бессвязные письма бабушке. Настурция распускается: сегодня утром я видела первую малиновку, розы все еще держатся даже в такую жару, виноградная лоза вьется все выше, маленький клен около почтовых ящиков тоже, мой рождественский кактус уже подрос.

Я следил за жизнью бабушки примерно так, как мы смотрим домашнее видео. Несколько кадров того, несколько сего — все беспорядочно перемешано и склеено. Кашляю дедушке все хуже и хуже. Кажется, Шетланд — это жеребица раньше срока. Джана в больнице у Анны. Мы назвали нового боксера Трикси, и она любит спать на моей кактусовой клумбе. Представляешь? Я представляла.

Читая ее письма, это было несложно. Жизнь, увиденная ее глазами, была чередой маленьких чудес: дикие кувшинки под тополем в июне, юркая ящерица, вшмыгнувшая под серый камень у реки, атласной полировкой, которого бабушка так и восхищалась. Письма отсчитывали времена, года и года ее жизни. Она дожила до восьмидесяти лет, и письма приходили до последних дней. Ее кончина была такой же непредсказуемой, как и ее кактус — сегодня здесь, а завтра — нет.

После нее остались письма и 62-летний муж, мой дедушка Дэдди Ховард, изящный плут-неудачник с улыбкой успешного игрока. Он сколотил и потерял несколько состояний. Последнее безвозвратно. Он пропивал, проигрывал, тратил с такой же легкостью, как бросал голубям хлебные крошки. Упустил большие шансы в жизни, пока бабушка наслаждалась малыми возможностями. «Этот человек», — говорила о нем мама.

Бабушка жила с этим человеком в крытых черепице-испанских домах, в прицепах, в маленьком дачном коттедже на склоне Гарви, в железнодорожной ведомственной квартире и, наконец, в дешевом домике, где все было стандартно и сделано из пластика.

«Не знаю, как она это выдерживает», — говорила мама, когда злилась на дедушку из-за его очередной аферы. Вообще-то она имела в виду, зачем. По правде говоря, мы все знали, как. Она стояла по колено в потоке жизни и всегда была внимательной.

Бабушке не стало задолго до того, как я выучила урок, содержавшийся в ее письмах. Выживание — это ясность сознания, а ясность сознания — это внимание. Да, она писала о том, что кашель у дедушки становится все хуже, что они недавно потеряли дом, что нет ни работы, ни денег, но ковшинки распустились, ящерица нашла место под солнцем и Роза держится, несмотря на жару. Бабушка усвоила то, чему ее научила трудная жизнь. Успех у вас или провал, все равно не это определяет качество жизни. Оно, качество жизни, всегда пропорционально способности радоваться, а способность радоваться — это дар внимания.

Джулия Кэмерон «Путь художника».

Радость через внимание

И вот эта история про то, что радость не во внешней опоре зачастую. Да, конечно, есть занятия, которые приводят тело и ум в бурный восторг, но при повторении, повторении, повторении, повторении они уже не вызывают тех ощущений, и приходится искать что-то новое.

А здесь речь идет о том, что можно насытить даже обычные действия радостными эмоциями, если внимательно наблюдать за тем, что происходит вокруг тебя и что ты делаешь.

Когда-то я пробовал танцевать в ванной, когда чистишь зубы, или петь как будто с феном поёшь. Но это всё развлекает, и, конечно, надо научиться и прыгать на кровати, и вести себя как ребёнок. Но вот эта история, она мне кажется, более глубокой. И она про то, что опора и источник радости — он внутри тебя, даже если ты этого не знаешь.

Здесь, конечно, помогает навык медитации, потому что он ровно про то же самое — остановиться и начать слушать себя, и все успокаивается и настроение повышается. Но, если медитация невозможна, а такое бывает, это нормально, то можно начать с более простого навыка — с навыка замедления.

Навык замедления

Замедление, оно ведь про… Мне недавно рассказали про то, чтобы приводить скорость мышления в соответствии с восприятием.

Пример с велосипедной ездой

Вот хороший у меня тут написан пример про велосипедную езду. Я стараюсь сейчас летом ездить на работу на велике. И я научился ездить, ну, быстро и лавировать. И вау-вау, ты такой спидигонщик тут, ты знаешь, быстрее и медленнее ездил ночью по этому маршруту. И знаешь, как быстро можно проехать, но вынужден ехать днем и все время злиться.

Потому что тут вышла бабка с сумками, тут пешеходовая женщина вдруг в телефон затупила. Здесь мужик перестал слышать то, что к нему подбирается сзади велик, и вдруг машет рукой. И ты такой: «Да ёб твою!» И едешь и бесишься.

И я в какой-то момент подумал: «Погоди, я же хочу ездить на работу ради того, чтобы получать радость. Как мне это сделать? Как мне перестать злиться на людей?» И выход простой — замедлиться.

Я начал ездить медленнее и я стал лучше предсказывать, что сейчас произойдет. И у людей есть больше времени, чтобы меня заметить. И езда стала более плавной и более спокойной и более расслабленной и более радостной.

Она не стала обладать какими-то специальными атрибутами: «буду ездить с флажком или с шариком над собой, или пусть меня сопровождает квадрокоптер» — она просто стала медленнее, и она стала внимательнее, и она стала спокойнее и радостнее, потому что я ощущаю, как я кручу педали, я ощущаю, как я сижу на этом вечно раздолбанном седле городского велосипеда. Ветер. Я успеваю все заметить. И поездка стала чаще приносить удовольствие. Но, опять же, автобус не собьет с большей вероятностью.

Замедление и внимательное наблюдение

Замедление и внимательное наблюдение превращают все в радость. Возможно, это проклятие хорошей фантазии.

Мышление сталкивается с потоком возможных вариантов будущего. У меня очень бурная фантазия. То есть я прямо какими-то фонтанирую вариантами будущего. И если я еду, то сразу же я думаю: «А как вот это? А это? Повернёт туда, пойдёт сюда, пойдёт туда». И когда вдруг все эти расчёты сбрасываются и кто-то из-за угла поворачивает внезапно, а я еду тут на полной скорости, то сразу же внутри происходит сбой предсказания. Мозг на это реагирует гневом. Варианты будущего не сбываются, и от этого очень сильно устаёшь.

И мне помогает получать радость то, чтобы отпускать планирование.

Пример с тренировками

Я вот начал ходить сейчас на тренировки ради радости. Прихожу в парк. Вообще, планирование говорит: «Ну, ты должен сделать полуторачасовую тренировку, потому что это штанга, там, по классике». Я чувствую, что тело говорит: «Ну, 25 минут позанимались? Так хорошо! Пошли домой!» Я такой: «Да пошли!»

И я вижу два мысленных процесса внутри. Один процесс говорит: «Ну вот, как же так? Как же ты сможешь достичь чего-либо, если ты будешь ходить на тренировки по 25 минут вместо полутора часов?»

А второй мыслительный процесс говорит: «Смотри, что происходит сейчас. Ты приучаешь себя ходить на тренировку с радостью. И приучаешь себя к тому, что там хорошо. И есть вероятность, что навык хождения в парк на тренировку, он приживется. Потому что он идет не через трудность, а он связан с положительными эмоциями. И тогда вот не очень понятно, не очень однозначно то, что надо ломить и надо достигать результата. Может быть, в данном случае не надо ломить, не надо достигать результата, и от этого результата будет».

Пример с томографией

Сегодня утром я собирался на компьютерную томографию, а я ужасно этого не люблю. Это вот тебя кладут в аппарат, где у тебя клаустрофобия начинается, и медсестра говорит, что да, она за тобой последит, и если что-то пойдет не так, она тебя спасет оттуда и все такое. Но голову твою закрывают в коробку и над тобой вот тут вот коридор маленький и магниты вокруг тебя щелкают и гудят и все такое.

И я, естественно, беспокоился утром. Потом я подумал: «Хм, это же отличный способ не отталкивать это все, а понаблюдать за тем, что будет происходить». Ну, просто это интересный эксперимент. Можно посмотреть, а как там будет. И начинает вообще понаблюдать за собой.

И вместо того, чтобы отнекиваться, отталкивать это — нырнуть туда внутрь, не устраивать себе историю, когда ты плаваешь на лодке под дождем мокрый, а нырнуть внутрь — там красиво, рыбы, там тишина. Замедлиться и посмотреть, что будет.

Изменение отношения

Это про изменение отношения. Вот эта вся история про поиск радости, она может быть не про перебор внешних методов, а про изменение отношения.

Я приведу пример про швертбот «Луч». Сейчас я его включу. Вот этот швертбот «Луч». На нем, значит, ты плаваешь и ты все время перекладываешься с одного борта на другой. И если ты переложился хорошо, вот видите, там спортсмен попой за бортом — это нормально. И надо, значит, этому делу учиться.

И я недавно оказался на тренировке плавательной с этим швертботом и очень волновался. Был с тренером. И мы начали с того, что где-то минуте на четвертой мы нахер перевернулись. Прямо в воду. И я туда упал, и я там захлебнулся, и тренер говорит: «Дыши!» Я начал дышать, расслабился. Выбрались, он научил меня лодку переворачивать.

И в этот момент изменилось отношение. Все самое плохое уже произошло. Стало можно просто кайфовать. Тренировка прошла на ура. Без тревог, без опасений. Радостные два часа.

И, может быть, весь секрет заботы и радости именно здесь.

Все. С этим я пока закончил. Не то чтобы я был гигантский специалист в этом вопросе. Я думаю, что у психологов все уже давно расписано, лет 20 как.

Вы можете задавать вопросы сюда. Если вы в лайве сейчас. Если вы не в лайве, то вы можете задавать вопросы не в чат, а в комменты. Я потом пройдусь. Спустя несколько недель соберу их, если что-то будет неотвечено. А я сейчас попью кофе, подожду 30 секунд и перейду ко второй теме про дневник.

Дневник

Ладно, хорошо, все равно избился со счета. Итак, дневник.

Дневник — это хорошая штука, и если вы находитесь в моменте шторма, то, конечно, дневник вы уже не заведёте, но если вы находитесь между штормами, то, может быть, стоит попробовать у него.

Стереотип дневниковой системы

С дневником есть одна проблема, связанная с его неправильным применением. Это такой стереотип дневниковой системы. У меня, значит, в голове все время сидит стереотип, что дневники великих ребят все написаны по системе, что они там идут день за днем, год за годом, в готовом каком-то виде, все структурированы. Понятно, откуда это идет.

Проблема этих дневников и моего восприятия в том, что дневники все опубликованы. Я никогда в жизни вообще не сталкивался, кажется, с неопубликованными материалами. Вся культура, которую я вижу — это опубликованная культура. Она тщательно структурирована, она выстрадана, лишняя вымарана. Дневники Толстого, в которых он пишет, что они оцензурированы секретарями, и вот этого писать нельзя, потому что это там уберут, и жаль, что я не могу внести в дневниках высказать всё.

И вот эти вот там телеграм-каналы с цитатами из дневников Толстого. И ты смотришь на свой дневник и смотришь на этот телеграм-канал и думаешь: «Боже мой, боже мой, разве ж этот дневник — это позорище одно». Обязательно полочка нужна, где будут дневники по годам подписаны и будут стоять, и события должны быть записаны. И желательно, чтобы все дневники велись в рукописном виде и в едином формате. Давайте не переписывать же.

Я когда столкнулся с первым примером осознанным, это у любящего в такой добровольной каторге, я прочел там же вообще ежедневные записи, чем он занимался по 15 минут и так далее и так далее. И я тоже начинал всевозможные тетрадки. У меня был овер до хрена малискинов. У меня есть коробка, набитая блокнотами, и в них первые две страницы заняты.

Мнилось, что всё это делается ради того, чтобы в конце года обернуть, подписать и поставить на полку. Оказалось, что это полный буллсип. Дневники нужны не для этого. Ну, в моем мире. Конечно, со временем я, может быть, приду туда, где дневники нужны для чего-то другого. Но пока я знаю о пользе дневников вот, значит, несколько вещей.

Практическая польза дневника

Во-первых, я занес туда хронологию событий за несколько лет, которые ушли совсем далеко в прошлом. Это было полезно. Ну, то есть я не записываю туда современную хронологию, а сел и за пару часов там по почте восстановил, что было в каком году. Типа, когда развелся первый раз, когда женился второй раз, когда съездил в Грецию, когда съездил в Грузию, ну вот это вот все. Когда был в Штатах, когда в Европе. Вот. И потом стало проще, потому что можешь хотя бы посмотреть, что когда было, типа, когда где работал. Ну, я натурально открыл трудовую книжку эту. Оттуда перенес записи, посмотрел хоть есть чем свериться, в каком году где жил.

Это помогло. Но для этого, кажется, необязательно вести ежедневные записи, потому что можно раз в год записывать то, что было в прошлом году. Или раз в год записывать то, что было в прошлые десять лет.

Во-вторых, ведение дневника очень помогало мне в моменты тренировок и пристального наблюдения за собой. Оно стимулирует обращение внимания на что-то. Во-первых, все тренировки, которые происходили толковые, они были с дневниковыми записями. И психолог мог давать мне задание записывать мысленные ожоги. И я прямо их записывал и увидел, блин, сколько их. Обращал на них внимание.

А тренер по правильному пищевому поведению тоже задавал мне задания, связанные с наблюдением за собой и с рефлексией по отношению к еде. И тоже смотришь и начинаешь обращать на это внимание. То есть дневник в данном случае просто как такой метод, который помогает тебе увидеть свои мысли.

Еще, конечно, круто то, что через неделю ты можешь посмотреть записи, отрефлексировать опыт и сбить какой-то отчет для тренера. Ну, точно так же меня тренер в качалке по штанге и всем вот этим вот железным вещам по тяжелым предметам тоже заставлял вести дневник. Ну, для тренировки, короче, эта штука такая очень полезная. Мне было полезно.

Свободное письмо и внутренние потребности

Ещё дневник хорош, чтобы с помощью свободного письма посмотреть на свои внутренние потребности. Ну, я пробовал разное свободное письмо. Я пробовал, значит, писать на бумаге, я пробовал просто колотить по клавиатуре. У меня есть какие-то старые очень гуглодоки, где вырывались эмоции. Ну, гуглодоки, потому что я их шарил психологу, так проще было.

Я пробовал два потока, когда пишешь и одновременно рефлексируешь сознанием, что происходит в сознании по поводу того, что ты пишешь. Пишешь во второй столбец или абзац за абзацем. Но в конечном счете, независимо от формы, это хороший способ подобраться к формулированию внутренних потребностей, увидеть скрытые какие-то от самого себя вещи, до которых обычно мешают добраться эмоции.

Как бы ныряешь, ныряешь, ведешь с собой разговор, позволяешь себе выкорщиться, куча мата, куча экспрессии, и потом в итоге добираешься до зерна, до того, где ты себя жалеешь, или до конфликта потребностей, или до того, где ты себя обвиняешь и так далее, и так далее. Вот. Это хорошая история.

Утренние страницы

В той же самой книжке «Кэмерон. Путь художника» Ксения Владимировна пробовала метод, который называется «Утренние страницы». Они не обладают никакой ценностью, кроме нынешнего контекста. То есть, они для того, чтобы что-то эдакое написать или анализировать через два года, что было, ты их вообще просто никогда больше в жизни не откроешь. Но суть в том, что ты утром встаешь и начинаешь писать. Задача — написать две страницы или сколько-то там, три страницы, не знаю, полторы. Потом не надо перечитывать, просто надо писать. Вот.

И это ровно та же самая история, которая позволяет добраться до того, что скрыто под эмоциями. Ну, для меня. У меня ощущение, что я какие-то… Это набор банальностей продолжаю.

Расписывание запутанных ситуаций

Дневник для меня хорош, когда в нем происходит расписывание запросов. Это запутанная ситуация. Он помогает побороться. Там интересный эффект. Он помогает пройти сквозь построение умозаключений.

Когда я о какой-то проблеме думаю, у меня происходит такая устная руминация: я сегодня начинаю о ней думать, завтра я снова начинаю думать сначала, послезавтра я снова начинаю думать сначала. Я, как правило, дохожу до одного и того же момента и сегодня, и завтра, и послезавтра и устаю и не могу продраться дальше.

Но если я пишу, то это помогает мне как будто передавать себе эстафетную палочку. Я захожу гораздо дальше, если я пишу. Поэтому, если у меня есть какая-то проблема, я ее уже привык расписывать. Конечно, это такой офф-топ и для темы шторма гораздо важнее научиться докапываться до потребностей своих и до внутренних конфликтов и в этом смысле спускать пар. Просто гешталь надо закрыть, если про дневник начал рассказывать, надо, к сожалению, рассказывать все.

Мышление через письмо

Регулярное письмо вынуждает докапываться, а навык докапывания помогает отточить мышление. То есть дневник здесь не важен как дневник, а важно то, что ты просто должен дойти до какой-то цели. Сама по себе писанина не помогает отточить мышление. Бюрократы пишут и пишут годами. Ну, я бы не сказал, что мышление становится у них лучше. Графоманы пишут и пишут тоннами.

Помогает только редактура, помогает необходимость яснее высказать мысль. Вот это важно. То есть это такая писанина с поиском верного ответа. И не надо путать ее с дневником. Ну, то есть дневник — это просто такой сосуд, форма. Ты приходишь туда, чтобы… Ну, просто это удобно. Там же и до решения проблемы, да, как вот.

Кстати, мне еще помогает искать решения пространственные структуры, там майндмэпы, горы бумаги, на которых можно рисовать. Я вообще мыслю пространственными структурами, потому что они помогают расписать, подвигать связи на листе, что-то там крупнее сделать, что-то мельче. И когда я заполняю лист, я вижу, какие взаимосвязи есть на стул я сразу перестаю тревожиться.

То есть для меня хороший способ ничего не делать — это нарисовать план того, что надо делать. Я сразу успокаиваюсь и могу жить себе дальше и ничего не делать. Великолепно работает, всем прямо рекомендую.

Ну и еще писанину можно использовать для того, чтобы получить ответ через ассоциацию, то есть даже ничего не решая. Ну точно такая же медитационная практика есть, когда ты несколько дней медитируешь на вопрос, не ищешь ответа, просто повторяешь вопрос. То же самое можно делать и на бумаге — просто повторять вопрос и всё. И самая ужасная и тупая вещь в мире, что потом ответ приходит. Вот.

Прощение себя

И, наконец, дневник нужен лично мне, чтобы прощать себя, когда ты его не ведёшь. Потому что я для себя сформулировал так: ты ведёшь дневник, если есть оформленная потребность. Ну, там, тренер тебя заставляет или ты хочешь до чего-то докопаться. Прям чувствуешь потребность. Хороший метод — ура! Есть тревога, связанная с тем, что ты потеряешь хронологию своей жизни, или ты начинаешь вести дневник — есть в этом потребность. Или надо поговорить с собой, ведешь дневник, или надо вести тренировку, или надо расписать проблему — отлично.

Либо ты можешь вести дневник, если есть устойчивый навык, повешенный на триггеры. Получаешь удовольствие — есть ритуал. Вечер, ты берешь чай, открываешь страницы, они чем-то пахнут бумагой, теплая лампа, скрипит перо, все, начал писать.

Если нет потребности, если нет ритуала, то дневника не будет. Ну и хорошо. Ну то есть нет навыка. Ну окей, хорошо.

Мой подход к дневнику

Поэтому я скорее привык во время штиля делать так: для меня дневник — это место достаточно быстро открываемое. Там в телефоне, в компе. Я пишу в компе, ну или с телефона можно.

Если я сталкиваюсь с эмоциональными провалами или там с невысказанными потребностями, если пар возникает, то дневник мне всегда помогает выплеснуть пар. Такое место, куда можно прийти и сумбурно наблаблакать что-нибудь. Даже сейчас, если я вижу спустя много лет, что я волнуюсь перед важным разговором, я открываю дневник и там пишу. То есть я устроил место, где не так важен порядок и не так важна струква.

Я ввел дневник Workflow, сейчас генолист, я знаю, что хорош Майкрософтовский OneNote, тоже система ассоциативных связей. Кто-то ведет в Google Keep — это не важно. Для меня важно то, что я в какой-то момент принял решение отказаться в дневнике от жестких рамок, от тегирования обязательного, от хронологии. У меня там есть несколько коробок внутри цифрового дневника, куда я там сваливаю какие-то темы, но я не требую суперпорядка внутри.

У меня там есть какая-нибудь коробка, папка с заметками про здоровье. Я там буду искать, если мне нужно что-то узнать конкретно про какую-то процедуру, которую я делал, или операцию, или что-то. Но я не стремлюсь в каждой из этих коробочек наводить супердотошный порядок, потому что просто заебет.

Сидеть, вычищать, приводить это всё там, не знаю, в идеально правильный, валидный и готовый к экспорту JSON я не буду. Ну его нафиг. Это просто превращает жизнь в ад, потому что ещё одно место, где надо, значит, тусить.

Пример с Dynalist

Динолист — это динолист ИО. Такая штука. Сейчас я вам покажу. Я же в ней веду… Сейчас я поменяю окошечко. Оно… Ну вот. Вот это динолист. Пишешь и все. Вверху вы можете увидеть динолист ИО. Вот. Менеджер списков, по-моему, так это называется. Ну, короче, просто списки. Это как в Workflow и только на астероидах.

И я веду там какой-нибудь опорный конспект, но я не требую от себя… Я веду все опорные конспекты видео в Динолисте, но я не требую от себя приводить их в порядок в соответствии к видосу после трансляции. Потому что слишком большой напряг.

Метафора резинки трусов

Мне нравится по-прежнему метафора у Найджела Латте из его книжек про воспитание детей, что всё должно быть, как резинка трусов: не слишком туго и не слишком свободно.

То есть, я договорился с собой, что я пишу в диналисте, я договорился с собой, что я там поддерживаю какие-то простые правила, у меня там есть какой-то input, в который валится вообще всё. Ну, а дальше должно быть свободно, то есть не туго. Хочется разобрать input — ну, welcome — разбери. Не хочется — плевать.

Есть люди, у которых в качестве дневника огромный бесконечный файл на компьютере текстовый, и они в него просто что-то свободно пишут. Такое должно быть место.

Не устраивать себе концлагерь

А если говорить про вот этот вот стереотип дневника из моих представлений, то можно ли устроить себе из дневника концлагерь и ад? Ну да, как и из медитации тоже можно. То есть, всего можно устроить не просто. То есть, если бы у меня стояла задача заебать себя, то надо делать дневник как у Толстого, переплет себе заказать. Еще можно заставлять себя переписывать ночами, потому что там опечатку сделал, не дай бог, кто-нибудь увидит. И надо от руки переписать, разогнуть скрепки, другие страницы, значит, вшить, переписать. Все, чтобы он был идеальным.

А если задачи устраивать себе дополнительный неврус нет, или если задача поддерживать себя, то вот хороший навык, который можно раскачать, и хорошее место, устроить себе приятное место, чтобы заходить туда, порасписываться и идти дальше жить.

Вообще, самое прекрасное — то, что я не буду читать ваши дневники и, надеюсь, никто не будет читать мои. Просто я умру, дневники умрут. Это ли не прекрасно? Ура!

Ответы на вопросы

44 минуты. Так, пару примеров замедления, если у вас таковые есть. Я пришел к чтению вопросов. Вы можете про дневники неки, если есть вопросы — писать, хотя не знаю, что там могут быть за вопросы, но…

Примеры замедления

Пара примеров замедления. Я обратил внимание на то, что инстинктивно начинаю прислушиваться к дыханию в моменты тяжелых каких-то нервных ситуаций и в моменты, когда ускоренная активность, и я ее ощущаю. Видимо, я навострился за несколько лет чувствовать дыхание и пульс, чувствовать, когда я в гневе, и я могу сказать, что с годами навык оттачивается. Если раньше я замечал, что я в гневе спустя пару дней, то сейчас я замечаю, что я в гневе через 20-30 секунд. То есть мне даже уже удается уйти из магазина, не разъебав там кассу, кассиров и так далее.

Вот сегодня я пришел в магазин за заказом из Китая и меня несколько продавщиц, потому что они в магазине только начали все это делать, они меня погоняли: «Сходите к этой и сходите к той». Ты приходишь у кассира, там два-три человека, ты ждешь. Она говорит: «Нет, я этим не занимаюсь, сходите туда и ты там ждешь». И я в итоге даже никого не убил, я был вежлив. И только потому, что я начал замедляться.

То есть, мне голова сразу подсказывает: «А что будет, если ты сейчас станешь и начнешь орать: „Эй, касса, а что будет?“ Тише, тише, спокойно. Я слушаю дыхание. И вот это работает со мной, потому что это может быть не в тему про радость, но, с другой стороны, это точно радостнее, чем если устроить скандалы и там пару секунд испытывать злорадство такое, стоять правым мудаком, который пришел у девушек, там, тяжелый рабочий день, куча покупатели их еще заставили какие-то посылки мудакам выдавать и, значит, ты приходишь и права качаешь. Но они-то тоже не виноваты. Они работают в системе, но ты не можешь наорать на систему, ты можешь наорать только на девушек-продавцов. Это не то, чего я хочу.

Ну и вообще замедление — это хорошая история. Когда ты гуляешь под Headspace несколько месяцев и учишься гулять медленно и слушать, как вес давит на землю, ты можешь в любой момент переключить внимание потом на подошву ног и ощущать от этого спокойствие. И в конечном счете настроение поднимается. Ну вот как-то так.

То есть любое почти действие может стать источником радости. Это зависит от того, куда направляется внимание. Бинго! Ну, кажется так. Да. Не могу утверждать точно, но я в последнее время начал испытывать от этого некоторый кайф. Когда ты ходишь и переключаешь внимание на то, что вот ты идёшь и просто наблюдаешь — это история про наблюдение. Про то, что включается кора, рептильный мозг успокаивается, просто наблюдаешь за миром и всё.

Заключение

Окей, я думаю, что на сегодня хватит. Спасибо, что вы пришли. Чат вроде бы у меня открыт полный, да. Если у вас будут какие-то вопросы, то пишите их не в чат, а в комменты, и я потом на них поотвечаю.

Я приду через неделю в среду в 6 часов по Москве. И пора прощаться, не затягивать. Спасибо вам и пока!