Ощущение собственной нормальности и физическая активность
ИИ-транскрипт (может содержать ошибки):
Начало стрима
О, кажется, я сейчас появлюсь в эфире. Смотрю в ноутбук, который мне про это говорит. Да, появился.
Это Live и, естественно, тут возможны задержки звука, рассинхрон. Я пару раз сейчас пробовал до начала трансляции и было то хорошо, то чудовищно плохо, поэтому я бы на вашем месте просто убрал экран с глаз давай.
Если что-то пойдет не так, то пишите. Я вижу здесь комментарии в чате. Если вы в записи, то пишите в комменты внизу, потому что ваши комментарии в чате я, естественно, не вижу.
План на сегодня
Сегодня речь пойдет про вещь, которую давно надо было рассказать и расколоть. Она не очень, может быть, интересная. Она про физическую активность. Но до этого я понял, что надо рассказать про то, что волнует меня сейчас — это то, что я назвал навык ощущения собственной нормальности. Начну с нормальности, а потом уйду в физкультуру и спорт. И потом ответы.
Да, у меня, как обычно, есть конспект, и я буду просто шпарить по нему.
Ощущение нормальности
У меня с ощущением нормальности есть некоторая проблема, которая, в общем, типична для невротиков. Меня хорошо подстёгивают сомнения, и когда я сталкиваюсь с какой-либо проблемой, которую плохо решаю, то я принимаю это на свой счет.
То есть я не думаю, ой, в этот раз что-то не получилось, надо в следующий раз делать лучше, я тут сделал ошибку, как бы ее не допускать. Все начинается с того, что я отвратительный работник, ни хрена не умею, у меня никогда ничего не получится. Вот. И тогда, когда в голове появляется ощущение проблемы, я начинаю очень сильно улучшать результат. Этот результат, он живет на постоянном режиме на подстёгивание себя и на ощущение вины, но я зато на этом топливе из вины и неудовлетворённости очень хорошо умею двигаться вперёд.
Отдельно отметим, что удовлетворение не наступит никогда. То есть в эту топку можно бросать сколько угодно прекрасные проекты, решённые задачи, но она просто бездонная. Я на собственной шкуре это ощутил, как и миллионы других ребят, которые пытались заткнуть эти дыры, но внутренние обвинители и голоса не успокаиваются.
Невротизация и творческие коллективы
На днях я разговаривал с одним человеком, который управляет несколькими творческими коллективами и раз в какое-то время, ну, например, раз в месяц она встречается с коллективом дизайнеров в своей конторе и она говорит, что это совершенно особенная встреча, на которых собираются люди и подпитывают друг друга ощущением, что всё пропало. Вот.
Понятно, что… Ну, я знаю, каково быть в этой шкуре. Это классно, когда ты постоянно стремишься улучшаться. Невротические защиты — это прекрасная защита, но просто если их очень много, они могут забирать на себя очень много сил и энергии, и в этом ощущении, конечно, никогда ничего не будет хорошо, что люди не могут расслабиться и успокоиться.
Проблема сверхгенерализации
Но я хочу сегодня коснуться только одного здесь аспекта. Это проблемы вот этого не просто ярлакования себя, а то, что у меня все отвратительно. Вот эти вот выводы о ситуации сверхгенерализации, когда ты на основании какого-то одного сбоя убеждаешь себя, ну, приходишь к выводу, к когнитивному такому искажению работающему, к дисфункциональному убеждению, что у тебя ничего не получится хорошего никогда, потому что вот сегодня не получилось.
Вот, я хочу здесь обратить внимание на то, что ярлыки как будто усиливают друг друга. То есть, ладно, сознание склонно обращать внимание на то, что подтверждает теории из головы. То есть, если у тебя есть какая-то теория и ты смотришь на мир, то чаще будешь принимать во внимание то, что эту гипотезу или твою теорию убежденность подтверждает, вылавливать то, что можно проинтерпретировать в пользу того, что ты действительно как человек-то вообще-то никчемный и как профессионал говно, а другие все лучше тебя.
И сознание будет игнорировать факты, которые в эту кангу не укладываются. Или сильная их важность этих фактов применьшать.
Мегаволна из нескольких проблем
Но самое интересное, что если одновременно происходит несколько таких вот ситуаций, которые можно интерпретировать не в свою пользу в разных областях, то они накладываются друг на друга и возникает такая мегаволма.
То есть вот если придачу какой-то плохо решаемой задачи на работе, я еще там перестаю заниматься спортом, например, на какое-то время, начинаю себя хуже чувствовать, то начинается внутри такой рефрен: «Да что ж такое-то, не получается у меня делать спорт, не могу сорганизоваться и никогда не получится, никогда не смогу сорганизоваться вообще, а что ж я за человек такой?»
Это ярлык умножается на ярлык с работы. Если еще, например, не выспался и дома огрызаюсь, то ухожу, виню себя, что ж я не смог так нормально разговаривать, не обладал ситуацией, и еще и это приходит, и это приходит. И в итоге может начаться, например, импульсивное эмоциональное переедание и сразу же еще больше вины, и что-то еще наваливается, и приходит шторм.
То есть, чаще всего для меня потеря всяческого спокойного состояния связана именно с тем, что приходит одновременно несколько волн. Каждая дает свой вклад в ощущение провала, в сомнении в себе, и потом это все складывается и начинает обрушать меня. Только потому, что что-то происходит одновременно.
То есть по-одиночке, если бы с этим разобраться на той неделе, с этим на этой, потом расщёлкать третье, потом четвёртое, то всё было бы нормально. Когда всё приходит одновременно, вот тут несчастный чувак не выдерживает и, значит, бросает руль и всё. Сейчас самолёт летит как хочет.
Невротизация учеников
Я как раз про вот это ощущение собственной ненормальности я на днях думал. Я встретил в передаче у Димы Быкова упоминание того, что учителя принудительно невротизируют учеников, чтобы получился лучший результат. И мне стало интересно, потому что я не знал, как это называется, во-первых. Невротизация учеников — это же прекрасные слова. Чудесный умняк, который можно кинуть в разговоре, надо его запомнить, я считаю.
А во-вторых, я не думал, что это проблема, которая известна, и трюк, манипуляция или не манипуляция. Там всё очень тесно замешано на том, что есть какие-то границы, а есть учителя, у которых нет границ. Они, в общем, вышибают из учеников результат любыми методами. Ну, вот как ребята, которые готовили спортсмена в Китайской Олимпиаде и там люди просто уходят покалеченными с медалями. Вот.
То есть у одних людей есть какие-то одни представления о том, что можно выбивать из людей с помощью того, чтобы делать их невротиками, а у других людей другие представления. Я вот про это думал. Потому что вот этот вопрос, а может это со мной что-то не так, постоянный вопрос невротика. Если он еще подкрепляется учителем, то там получается гремучая смесь из великолепных результатов и очень острого чувства собственной неудовлетворенности.
Цитата из Фрома о невротиках и нормальных людях
Я вот про это думал, и мне нейробиолог Елена Белова прислала, даже нейрофизиолог, я бы сказал, прислала цитату из Фрома. Длинная цитата — четыре абзаца. За минуту, думаю, одолеем за две.
Чтобы лучше в этом разобраться, по-видимому, полезно сказать и о том, что понимается под термином «невротик» и «нормальный здоровый человек». Термин «нормальный» или «здоровый человек» может быть определён двумя способами.
Во-первых, с точки зрения функционирующего общества. Человека можно назвать нормальным здоровым, если он способен играть социальную роль, отведённую ему в этом обществе. Более конкретно это означает, что человек способен выполнять какую-то необходимую данному обществу работу. А кроме того, он способен принимать участие в воспроизводстве общества, то есть способен создать семью, существует семью — это вот первая точка зрения, зрения функционирующего общества.
А во-вторых, с точки зрения индивида мы рассматриваем здоровье или нормальность как максимум развития и счастья для этого индивида. Если бы структура общества предлагала наилучшие возможности для счастья индивида, то обе точки зрения должны были бы совпасть. Однако ни в одном обществе мы этого не встречаем, в том числе и в нашем. Разные общества отличаются степенью, до которой они способствуют развитию индивида, но в каждом из них существует разрыв между задачами нормального функционирования общества и полного развития каждой личности.
Этот факт заставляет прочертить резкую границу между двумя концепциями здоровья. Одна из них руководствуется потребностями общества, другая — ценностями и потребностями индивида.
Потом мы опустим некоторый кусок.
Само собой, невротик может быть и характеризован как человек, который не сдался в борьбе за собственную личность. Разумеется, его попытка спасти индивидуальность была безуспешной. Вместо творческого выражения своей личности он нашел спасение в невротических симптомах или в ходе в мир фантазий. Однако, с точки зрения человеческих ценностей, такой человек менее искалечен, чем тот как бы нормальный, который вообще утратил индивидуальность.
Само собой разумеется, что существуют люди, не утратившие в процессе адаптации своей индивидуальности и не ставшие при этом невротиками. Но, как мы полагаем, нет оснований клемить невротика за его неполноценность, только если не рассматривать невроз с точки зрения социальной эффективности.
К целому обществу термин «невротический» в этом смысле неприменим, поскольку общество не могло бы существовать, откажись все его члены от выполнения своих соцфункций. Однако, с точки зрения человеческих ценностей, общество можно назвать невротическим в том смысле, что его члены психически искалечены в развитии своей личности. И мы предпочтем говорить не о невротических обществах, а об обществах, неблагоприятных для человеческого счастья и самореализации.
Прозрение на велосипеде
И я вот ездил на велике и думал про общество, неблагоприятное для человеческого счастья и самореализации.
А на велике я езжу, и мне все мешается на ходу. Мне мешаются внезапно выскакивающиеся велосипедисты, мне мешают дети, которые бросаются под колеса, какие-то уборщики с метлами, которые постоянно норовят меня сбить, значит, метло и с велосипеда, очень узкие тротуары, какие-то очень громкие автомобили. Я выезжаю в какой-нибудь двор, и обязательно тут какая-нибудь машина разворачивается, причем так разворачивается коряво, что ее не объехать ни спереди, ни сзади.
И вот я еду на велике и думаю, что, блядь, что-то со мной, короче, ненормально. Я сержусь постоянно, я езжу, и все время мне постоянно что-то мешает ехать. То светофоры, значит, эти каждую минуту, то, значит, люди бросаются под колеса, и что со мной не так?
И тут я думаю: «Подожди, а с чего ты взял вообще, что город нормальный? Что в городе нормально и удобно жить?» Я такой: «Ну, действительно, а какого хрена этот двор такой, что там вообще развернуться невозможно?» То есть ты туда заезжаешь, и там стоит машина, и вы вдвоем уже просто мешаете друг другу жить. Это что, нормальный хороший двор?
Тротуар, на котором вы не можете разменуться, у вас столб еще вот этот городской стоит посреди тротуара — это любимое развлечение в Москве, когда у вас есть там тротуар полтора метра и метр тридцать диаметром ставят, значит, столбину такую гигантскую. И мама с колясками на проезжую часть, значит, выходит. Такое не везде есть, но это достаточно, и ты это замечаешь, если ты велосипедист.
Город был ненормальным всегда
Сто лет назад в городе же тоже было ненормально. Ну, то есть сейчас это уже очевидно. Там эти какие-нибудь навозные кучи и чума, и все дела. Ну, не то, что прямо чума была сто лет назад, насколько я бы. Хотя эпидемии же все равно были.
Но суть в том, что тогда тоже людей могли убеждать в том, что в городе жить нормально — нет, и тогда было ненормально, и сейчас, кажется, не очень нормально. И я понимаю, что на самом деле среда вокруг недружелюбная, и то, что меня окружает в Москве — это, ну, не совсем окей.
И тогда все встает на свои места. То есть вот эти вот гигантские количества людей, которые своим видом меня убеждают, что ну они живут, им хорошо и им нормально, значит, со мной что-то не так. Может быть, это не так? Может быть, со мной это всё в порядке?
Пример с велопрокатом
Ну, вот я беру велик, например, в прокате. Панель велопроката отказывает мне в сдаче на ровном месте. Ну, то есть ты там три раза можешь ввести пароль, два раза не получилось, а в третий раз — окей. Вот. И работает она через пень-колоду. Или там ты берешь велик, шину передняя сдута. Вот. В среднем, ну, где-то там три раза из десяти всё идёт не так. Ну, какая-то лотерея просто. Ты пришёл взять велосипед и поучаствовал в лотерее — будет у тебя нормальный велосипед бы я там на прокате или не будет.
Так может злиться на это нормально вполне? Может ничего страшного, что это так бесит? Вот я бы если бы проектировал такие сервисы, я бы делал какую-нибудь кнопку специальную. Если вас разозлил наш сервис, ударьте со всей силы по этой кнопке. И я бы просто, блядь, подошел бы к ней и так бы вдубасил по этому кнопарю. Они бы зато поняли, ну, что-то не окей у нас, значит. 4 тысячи людей в день бьет по нашим кнопкам ненависти.
Или вот смски. Я тоже мечтал о такой кнопке в смс-ках, там кнопка ненависти. Жмешь её 10 секунд, потом отпустил, и она просто летит, и абоненту на том конце разъебашивает всё, чтобы он не смел больше тебе никогда писать.
Осознание собственной нормальности
Ну так вот. И как только я представил себе, что на самом деле это не то, чтобы со мной как с городским велосипедистом всё не очень в порядке, а может быть город не подходит, мне стало сразу проще. И тут я понял, что кажется, это вот то качество, которого у меня не было много лет назад — способность всё-таки подтверждать себе мысленно собственную нормальность. Это то, чему я учился у психологов несколько лет.
Вот сегодня идет парень молодой на улице, его увидел в сильном возбуждении, что-то жестикулирует, там разговаривает себе под нос. И я понимаю, что… Я же не знаю, что его сюда привело, в это состояние. Может быть, он под очень сильным дистрессом, может быть, с ним всё на самом деле в порядке, как с человеком. Ну, так себя люди обычно в этом состоянии и ведут. Ну, я же не знаю.
Я порадовался, потому что раньше я бы думал, что он, ну, мудак какой-то. А сейчас я понимаю, что, ну, просто человек, может, с ним все нормально. Может быть, и со мной все нормально.
Как овладеть навыком
И вот этот навык важный, и мне кажется, им стоит овладеть. Как он проявляется? Ну, как я ему овладевал? Ну, я ходил заниматься, и как психологом это со мной просто, потому что я невротик классический. Просто я хожу по всем граблям, и я думаю, что я очень податливый и спокойный ученик, пациент. Как это там называется?
Вот, это к вопросу о том, как его, как его владевать. Пока вы не в шторме, если вы не в шторме, можно позаниматься этим. Вполне себе нормальное, достойное занятие на полгодика, годик, пять лет, у кого как. Вот.
Множественные оценки
Но как это проявляется? Это проявляется в мысленных навыках. Во-первых, меня научили множественные оценки автоматической. Я знаю, что всегда есть несколько точек зрения на ситуацию и есть какие-то другие объяснения. И, может быть, в данном случае не я ошибаюсь, а они. А может быть, не они ошибаются, а я.
Это мысленный навык того, что ты не удовлетворён одним объяснением. Ты автоматически пытаешься представить себе другое. Сейчас он всё чаще у меня включается и включается после любого суждения. То есть, прям работает такая механика. Или как-то правильно сказать? Автомат.
Как только я ощущаю плоскую картину, как только я ощущаю, что остаюсь суждением один на один, немедленно включается поиск второй точки зрения. Это удобно, потому что как только я понимаю, что может быть это у меня не в порядке, сразу включается поиск других объяснений. Ну вот может тяжелая неделя у тебя. Надо замедлиться, надо снизить обороты, надо все отменить и отправляться отдохнуть.
Вот этот навык множественной оценки, не плоской оценки, он сразу напрямую помогает мне не доходить до точки шторма, то есть ещё на подходе. Я сразу же спускаю пар и это в целом хорошо влияет, этому стоит научиться. Не чёрно-белый мир, не дихотомическая картина мира, а сложная картина мира.
Что бывает, люди делают сложные выборы, что бывает нет хороших вариантов, что бывает ты делаешь какие-то плохие вещи, но это единственные вещи, которые ты можешь сейчас делать. И что мир сложный и нет справедливости. Ну вот как-то туда.
Внутренний защитник
Во-вторых, есть еще один мысленный навык, который как-то потихонечку раскачивается с годами. Это навык, появившийся тоже на занятиях, можно его условно назвать внутренним защитником. Отрос внутренний защитник. Мысленный навык, который срабатывает автоматом, у меня он запускается, когда поступает какое-то количество обвинений внутренних, в нём важно то, что он безусловный.
То есть вообще неважно, что происходит — ты имеешь право на то, чтобы себя выслушать. Ты изначально неплохой, достоин внимательного, уважительного отношения к себе. И если я что-то напортачил, то я могу это исправить просто потому, что я выслушиваю себя, а не бегаю за собой с обвинениями.
И вот это те вещи, которые помогают ощущать собственную нормальность. Мне. И мне кажется, что это такая достаточно хорошая внутренняя опора.
Главная цель
И мне лично кажется, со высоты моего опыта в одного человека, что если чем-то и заниматься как целью, то как раз такой вот поддержка себя, выращивание у себя ощущения того, что ты в порядке. И что что бы ни случилось, то можешь с этим справиться.
Хорошо, это несколько сумбурно, потому что это из последнего волновавшего меня. Вот. Я перейду к теме про физическую активность, потому что её просто надо закрыть. Чё она болтается? Вот. Про спорт.
Физическая активность
Не знаю, сколько человек из тех, кто смотрит, пробовали когда-то спорт. Вот. Я, конечно, знаю о том, что он… Ну, физическая нагрузка влияет на мгновенную мою саморегуляцию. То есть, если мне плохо, вдруг явились ангелы Господни и говорят: «Людовик, давай-ка поприседай и льти там ужас — отожмись, то мне станет после этого сразу хорошо.
Или вот когда Ксения Владимировна иногда делает свои тренировки дома, и я тоже присоединяюсь, то мне даже пять минут помогают. Но вопрос в том, что Ангела Господня и Ксения Владимировна с ковриком появляются не каждый раз, когда моя физическая активность помогла бы, а самому себя заставить очень тяжело.
И мгновенная физическая активность — то, что ребята говорят: „Ну, я там просто отжимаюсь“ или „Я вышел и бегаю вниз до первого этажа, а потом наверх, и мне сразу становится хорошо“. Ну, я на них смотрю, как на прекрасные явления природы из какого-то другого мира.
Поиск подходящего вида спорта
Я был вынужден раскачивать системную физическую активность. Я перебирал разные, пробовал всякие велики, бассейны, бег, ходьбу. Не дошел до танцев, очень жалею, но я думаю, что я дойду. За несколько лет дойду до танцев, потому что мне нравится.
Я занимался в тренажерном зале, я там оставил на неправленной технике и на штанге коленку. У меня были функциональные тренировки — это как-то с гантелями и палками, там пытаешься на мечах стоять на одной ноге или на двух и выжить. Тоже было очень смешно, но мои тренировки все отличались одной штукой: я ходил к людям заниматься тем, что нравится им, а что нравится мне — я не знал.
У меня были мышцы, я был в отличной форме, но тут важно обратить внимание, что тренировки приносили мне удовлетворение и там повышали самооценку, тонус очень сильно повышали. Тонус — одна из важных вещей, за которыми стоит туда ходить. Но они были для меня не про радость. Они были про удомление, про понимание, что ты делаешь что-то там со своей жизнью, но радость — это мне про радость.
А то, что я делаю сегодня — это силовая йога. Я вот сегодня на йоге, у меня трицепсы отказались, а я отказали, а я сижу на коврике и смеюсь. Мне в радость. Я нашел. Но это было тяжело найти. То есть я впервые про йогу узнал, наверное, года через два после начала там занятия. Мне тренер по функциональной, ну, тренер, которая проводила со мной функциональные тренировки, она однажды показала мне йогу. Я думал, что йога для слабаков и ничего более далекого от реальности я не знаю. Ну, то есть там шататься можно уго-го как. И мне тогда понравилось. В общем, постепенно я дошел до силовой йоги.
Важность микросреды
Но хочу сказать, что здесь важен не вид спорта, наверное, все-таки, если так подумать, а очень важна микросреда, в которой занимаешься. То есть, по сути, это не поиск вида спорта, а поиск подходящей микросреды. И вот тут приходится очень много перебирать, потому что мелочи имеют значение.
Имеют значение очень разные стили. Я пытался заниматься йогой, которой занимаюсь и штангой, у многих преподавателей. И много где мне не подошло. Я вообще провередливая сволочь. Мне то температура не нравится, там слишком жарко, то надо приходить к определенному времени, то не устраивает, как ехать, то не устраивает группа, то тренер не понравился. Мелочи имеют значение.
Но тут хорошо то, что могут подходить разные стили. То есть мне нравился стиль с тренером, который развлекал всю группу и давал кучу разных упражнений, помогал преодолевать препятствия. И мне нравится сейчас, и мне нравился там стиль с группой.
Мне не нравился стиль дома — не подошел вариант, потому что очень сложно концентрироваться дома. Я смотрю по сторонам и просто все бросается в глаза и включаю другие контексты. Мне приходится думать о домашних делах, о работе — не подходит.
А в какие-то моменты, какие-то вещи, которые я находил, мне нравились, парки нравилось заниматься с группой, там занимались на какой-то сцене среди дерев и прочего всего. Было очень хорошо. И здесь вопрос именно в том, что надо, видимо, было устроить достаточно большое количество перебора.
Мой текущий выбор
Вот распалась какой-то момент группа, которая мне нравилась, и я ходил сам, продолжал в парк, потому что я его нащупал. Ходил на какие-то детские площадки заниматься, искал подходящие составляющие.
Сейчас я прихожу в зал, где люди занимаются штангой, и что мне нравится с точки зрения микросреды, ну помимо классной температуры и помимо того, что это не так уж далеко от дома, тем, что, например, там произвольное время начала. То есть там тренировки Майсора, которые идут, например, с шести утра до десяти утра. Ты можешь прийти в любое время. Если ты проснулся и опаздываешь, ну, приди в семь, приди в восемь. Можешь в восемь-тридцать прийти. Ну, полтора часа забери в любое время. Кому-то рано надо, они в шесть приходят. Вот.
И это та вещь, которая может определять все. То есть не вид спорта очень важный, важны какие-то штуки, которые имеют значение только для вас. И я прихожу в зал в любое время, проснулся, сделал дома несколько вещей, приходишь — нет напряга. Сегодня мне влом было ехать на велике на тренировку. Я просто походил спокойно. Я знаю, что у меня есть лишние 15 минут, я могу пройтись. И пока дошёл, пришёл к себе.
Состояние для меня гораздо важнее, чем-то, появился ли Рома 8.00. Хотя я могу и 8.00, но на микросреду влияет то, что можно и не 8.00.
Или, например, мне важно, что нет соревновательной практики с остальными. То есть соревнуешься с собой. Вообще, в идеале там учат даже не смотреть вокруг и не знать, кто с тобой рядом занимается, а смотреть на лоб, на кончик носа, на пальцы рук. То есть поднимаешь руки — смотришь на пальцы рук. Если вверх вытягиваешься, не поднимаешь руки, смотришь на межброви или на кончик носа, все такие ходят с глазами вот такими закатанными. Складываешься на нос, собаке складываешься, на пупок смотришь, не видишь никого вокруг. Очень помогает концентрироваться, мне подходит.
Главный вывод про спорт
Я говорю о том, что почему-то все время я думал про то, что очень важно найти подходящий вид спорта. На самом деле нет. Очень важно найти составляющую, из которой складывается удобная, комфортная для вас среда, а это значит, что перебирать придется много, чтобы что-то действительно устаканилось.
Глядишь, был бы тренер другой, с штангами и в силовом зале, я бы, может, и там остался бы. Но просто так не сложилось.
Принципы занятий
Есть несколько еще важных слов для меня. Мне кажется, конечно, внутри ощущение, что гораздо комфортнее, когда вообще ничего не делаешь, когда не занимаешься никак.
Коммитмент вместо ежедневных решений
И первое, что меня выматывает — это то, что приходится каждый раз решать, пойдешь сегодня на тренировку или нет. Мне сильно помогло решить, что я буду человеком, который будет заниматься практически всю жизнь теперь. Ну и, наверное, пока йогой. Такой коммитмент у меня произошел.
И сразу же после этого ушли все сомнения на тему того идти на занятия или нет. Это было круто, потому что экономишь много энергии, просто потому что больше не обязываешься в бесплодные споры с собой.
Я хотел заниматься, я ходил в парк, начались дожди и, ну, просто нашел, начал искать, где заниматься йогой в зале. Но вопросов не было на тему того, что вот когда-нибудь потом… Нет, дожди, сейчас, все. Потому что есть такое внутреннее убеждение, что я хочу быть этим человеком, который так делает.
И вот эта вот экономия сил по утрам — ты не принимаешь решения, у тебя нет усталости от лишнего решения — это хорошо.
Уровень дискомфорта и адаптация
Ещё одна вещь — это про уровень дискомфорта. Очень тяжело начинать заниматься, и нужно держать тело в лёгком напряжении, чтобы ему было хорошо, то есть привести его в некоторый уровень дискомфорта. И мне все время раньше казалось, что это тело сопротивляется. А на самом деле сопротивляется не тело.
Мне Лена Белова рассказала про подстройку организма, про то, что некоторые ребята устраивают для себя испытания на пару недель, например, и из этих испытаний они возвращаются людьми, которые, во-первых, выжили, потому что тело адаптируется, человек адаптируется, все системы адаптируются.
А во-вторых, когда они приезжают после двух недель в каких-нибудь горах с водичкой из чайника, которую надо кипятить на костре, и с туалетом в кустах, и с комарами, и сначала им кажется в первые дни, что, бля, это невозможно, и зачем мы вообще сюда поехали. А к последнему дню организм адаптируется уже неделю как, и они возвращаются людьми, которые могут приносить тяготы и невзгоды.
Они возвращаются домой в свою квартиру и видят, что-то, что им казалось неподъемным, на самом деле легко преодолимо, потому что человек подтянулся на новый уровень выносимого дискомфорта. Он может теперь переносить тяготы и видит это и знает это. И поэтому есть ребята, которые раз в полгода, раз в год себе устраивают вот это вот задирание уровня дискомфорта. Просто для того, чтобы было легче жить.
И когда начинаю заниматься заново, то здесь важно продержаться некоторое время, не обращая внимание на сопротивление. Это не сопротивление тела, это сопротивление системы, которая сигналит о дискомфорте. Тело действительно может очень многое: как в армии инструктора говорят, что вы думаете, что вы можете на 3, ваши мамы знают, что вы можете на 5, мы знаем, что вы можете на 10.
И я сейчас, когда хожу в зал, и там сложно, там гораздо более вдумчивая и нагруженная практика, чем наедине с собой, потому что там в зале преподаватели и приходится оттачивать навыки, то я решил, что первые две недели я вообще проведу без оценки. То есть, такой марафон будет. Просто надо две недели отходить — ни почему. Подтянуть уровень дискомфорта каждый день. Ходить и ходить и ходить. Не… Ну, я понимаю, что за процесс сейчас будет идти. Сейчас будет там происходить подстройка организма, а для этого надо не дискутировать с ним, а просто давать нагрузку.
Скрытые друзья на тренировках
Еще хотел сказать штуку, которую сейчас вот обнаружил, про то, что когда думаешь о том, что там тебя будешь ждать на тренировке, то вспоминаешь тяжести, а на самом деле не помнишь скрытых друзей. Запоминается плохое, а хорошее очень тяжело вспомнить. Но я стараюсь запомнить, что там есть скрытые друзья.
Скрытые друзья — это ощущение отмойшется, когда ты тянешься и тебе хорошо. Когда ты заходишь чуть-чуть дольше в асану, чем мог там три дня назад, тело раскрылось. Ты можешь стоять на одной ноге более уверенно. И ты вообще-то это не помнишь, потому что мозг настроен помнить не это, а помнить, например, то, что ты после тренировки пойдешь и себя сладким побалуешь. Вот за этим он будет прям, блядь, бежать.
Если ты устроишь себе такой ритуал, что после тренировки будешь постоянно заходить за пирожным, то мозг такой: „О, классно, поднимаемся, ты можешь себе так помочь“. А скрытых друзей ты постоянно забываешь, но я решил запомнить, что они там есть, они хорошие. И вот эти ощущения в теле, которые очень тяжело оставить в голове.
Быть новичком
Ещё у меня здесь написано несколько вещей. Быть новичком — это не состязаться с собой в том, что ты полгода назад мог, а сейчас форму потерял опять, потому что не тренировался и надо начинать заново. Просто сразу же банкротиться и быть новичком, который ни хрена не знает, не помнит и может начать с интересом.
Я пришел в зал, мне хотелось пофорсить сейчас, показать преподавателю, что типа я что-то умею. Но я вижу, что он видит и умеет гораздо больше, чем я, и мне удалось вспомнить про этот навык быть новичком, и я выключил вообще все свои якобы достижения и просто решил подождать и посмотреть, как будет быть хорошим учеником. И сразу же уходит сопротивление, и сразу же приходит любопытство.
И вообще, в принципе, мне очень помогает осознание, что можно остаться в аштанге, которой занимаюсь на первом, втором уровне и на четвертом. Люди 15 лет к четвертому уровню идут. Я могу вполне всю жизнь провести на первом или на втором. Ну, буду уметь вторую серию аштанги делать. Ну и хорошо, и молодец. Нет, как бы для меня спорта достижений.
Накопление опыта
Ещё из написанного — то, что если что-то не подходит, то всё равно попытки накапливаются внутри. Опыт накапливается внутри людей через механизмы запоминания, эллинизации, и кажется, что ничего не канает, а на самом деле 5-6 попыток складываются и имеет значение именно количество попыток. Ну, с десятой получится окей. Значит, как минимум 10 раз придется попробовать. Если попробовать три, то с десятой получится, но просто в десяти попыток себе не дай.
Не борщи
Ну и самое главное слово, которое мне тут недавно сказала Ксения Владимировна — не борщи. Про то, что не надо борщить. И я выдохнул, потому что если я человек, который будет заниматься этим спортом всю жизнь, спокойно ходить на занятия по утрам, куда торопиться-то? Все хорошо. Это же для меня не спорт достижений.
Окей. С этой темой тоже все. Парам-пам-пам-пам. Я пойду на вопросы отвечать. А вы пишите пока в чат вопросы. А если вы уже не в онлайне смотрите, то пишите в комменты вопросы. Я их потом посмотрю.
Ответы на вопросы
Вопрос про заботу о радости
Юрий пишет. „Вопрос про заботу о радости. Пример. Помечтать о том, как сделал проект, получил награду и так далее — радостно. А когда проект готов, получаешь деньги, клиент доволен, радости нет. Как заботиться о радости в таком случае? Как понять, что тогда вызывает радость?“
В свое время, я когда пытался в этом разобраться, и Елена Белова тогда пыталась сделать свою первую лекцию, мы разговаривали об этом много. И это вообще очень большая тема. Она связана с образом цели, как вы себе представляете ценный для вас результат в конце. Что будет.
И эта тема связана с тем, что у многих людей включаются разные механизмы. То есть есть, ну, у всех система подкрепления работает по-разному. Есть те, кто получает всю награду от собственной системы подкрепления, когда мечтает о классном результате и можно потом не напрягаться. И люди в конце, ну, люди в середине устав, очень быстро поняв, что что-то надо делать, они просто переключаются на другую задачу, которую и они снова мечтают. И таким образом им хорошо.
Есть люди, которые знают, что ничего не получится и поэтому и браться не стоит. Есть люди, которые строят образ цели достижимым и понимают, что придется тяжело поработать, но ввязываются в задачи, которые удовлетворяют их потребности.
Там есть история про начальное сопротивление, очень высокое, когда человек вроде бы предпринимает какие-то попытки, но ему очень тяжело без моральной накачки преодолеть первый набор трудностей, с которыми он сталкивается. А есть люди, которые, наоборот, им кажется, что трудностей не будет, они такие прожектеры, они говорят: „Да, все будет хорошо! Сейчас пойдем, погнали! Давай, все, начинаем!“ И на полном скаку врезаются, значит, в проблемы и не могут эти проблемы решать.
Но если говорить про ту задачу, о которой говорите вы, то есть, ну, во-первых, я вот зачем это все говорю? О том, что там очень непростой компот, там сложные щи. Они опираются на те системы рептильные, которые у нас есть. Это те системы, которые хотят морковку каждый день.
Они не готовы в сложнейшие проекты. Ну и вообще, говорят, человекообразные обезьяны не очень приспособлены, чтобы идти за абстрактными целями долгие годы. Они бы хотели получать радость в процессе.
И здесь либо участвовать в задачах, которые дают вам немедленное ощущение, что вы свои потребности ими удовлетворяете, причем регулярно они дают это ощущение. Есть такие, ну не знаю, там вы дом строите и прям видите каждый день, как он движется. Но есть задача, когда вы строите что-то на бумаге или там в 3D-модели и не пощупать ни хрена, и типа чего вы на работу ходите за зарплатой, которую вы уже получали много-много раз, и она тоже потеряла для вас ценность. Мозг же вам сигналит, что ну это уже у нас было. Любые деньги становятся нерадостными.
И тут нам на помощь приходит то, что мы перестаём вообще искать в конечной цели — радость. Не считаем, что она нам раздаст. Процесс нам может дать радость ежедневный. Внимательное обдумчивание, всматривание в то, что мы делаем и как: сделать свою работу танцем, когда вы кайфуете от того, что вы делаете какие-то мелочи хорошо.
Или за счет того, что она закончится и вы знаете, что сейчас вот вы трудитесь, а потом будет время отдыха, она не будет бесконечной. Или вы придумываете какие-то для себя подбадривающие штуки, но цель — там нет радости и не может ее быть. Общество делает пробный шар, оно говорит вам: „Да, вы сделаете это и будете классным профессионалом“, или там вы сделаете проект.
У меня один знакомый недавно сказал про проект. Он говорит: „Я уже как директор типографии к нему приносят визитки очередные напечатать. У него там первые визитки вызывали чувство буйного восторга. Вот у нас печатают визитки. Смотрите, какие мы можем делать визитки. Проходит 10 лет. Ну, визитки, ну уж мизитки, господи, чем бы еще позаниматься другими“.
Так что я бы не стал искать в цели вообще никакого ответа. Ну, у меня есть ощущение, что цели не работают.
Вопрос про страх остаться средним
„Добрый вечер. У меня есть гипотеза, что если не пушить себя, то ничего великого не получится. Есть страх остаться просто средним. Что вы думаете на этот счет? Я предполагаю, что надо себя пушить разного рода вызовами, но как-то это сочетать с плавным размеренным ритмом, чтобы привычки нормально встраивались в жизнь. А, ну как-то сочетать — непонятно“.
Остаться просто средним. Не быть великим. Да не, ну можно, конечно, этим подстёгивать. Но я для себя решил, что единственное, что я могу дать миру хорошего — это если я буду собой. Потому что великих режиссёров уже до хрена. Великих дизайнеров тоже. Великих программистов, великих инженеров, великих писателей. А меня не было еще. Поэтому просто я могу быть собой и этого достаточно.
Там же сразу же такая коннотация типа средним будет нехорошо. Мне нравилось в свое время то, что Миумао про это говорил, что считается, что гидроэлектростанцию построить — это круто. А быть бабушкой, которая, когда ребенок коленку расшиб, зеленка ему помазала, утешила и подула — это не круто. А на самом деле — нет. Для многих людей именно это имеет значение. Но вы никогда не узнаете.
И здесь, наверное, вопрос в том, что вы можете попробовать изменить собственные отношения к тому, что в вашей жизни ее определяет, а что нет.
А можно, конечно, найти ритм, что вы пушите себя вызовами. Знаете, как хорошо бывает, ребята хакатоны иногда проводят, они отвлекаются от текущей работы и на два дня запираются с компьютерами и пиццей в подвале в каком-нибудь и решают конкретные программистские задачки. И выходят оттуда посвежевшими, им хорошо.
Другой вопрос — это хакатон про конкретную задачку. Там же всё очень сильно сконцентрировано на том, что вы пишете какой-то, не знаю, MVP или демо за два дня. Вы не решаете ничего великого.
Человечество настолько сильно расширило сейчас окружность своих знаний и умений, что великое уже достижимо ли оно одним человеком? Мне знакомый учёный, не будем называть её имя, потому что оно звучало уже несколько раз сегодня, говорило, что… Ну, хотя это тоже была Лена Белова. Вот, я спрашивал у неё в своё время, ну, это же единственный живой учёный, с которым я могу нормально поговорить. Вот, есть ещё пара учёных, но я к ним на психотерапию ходил и всё такое, я с ними не поразговариваю про это всё. Вот.
И она говорит, ну, работает гигантская команда, какая-нибудь несколько лет, и результатом вашей работы является то, что вы уточнили какие-то результаты эксперимента зарубежных коллег, что вот при таких условиях у вас получилось не 0.18, а 0.14. Там шипик какой-нибудь, вы чуть-чуть поняли, как он себя ведет. И сидит нормальная команда взрослых, умных людей. И не факт, что получаются великие какие-то вещи у кого-то там в течение всей жизни.
Поэтому я бы на великие штуки вообще, ну, я бы пошел поговорил со своим терапевтом, если бы у меня оставалось такое, потому что это какая-то ложная цель, нарисованная на холсте, попахивает обманом. А что будет, если великого ничего вообще всю жизнь не сделаете? Люди придут к вам на гроб и будут плеваться? Если вызовов не будет.
Вопрос про баланс работы и социальной жизни
„Чередуются два состояния: ухожу в работу и фактически не взаимодействую с людьми; и второе — живу социально, но теряю рабочий ритм, а отсутствие результатов приводит к общей неудовлетворенности. Как можно прийти к балансу? Или, возможно, порекомендуете альтернативный вариант действий?“
Да тоже проблема такая, что я когда с людьми общаюсь иногда злюсь, ну типа можно же было бы работать. Но мне кажется, выход в переборках, как в подводной лодке. Там значит лодка вся забрана переборками и вы можете их забрать.
Здесь важно… Для меня я свой личный рецепт расскажу про себя, не про вас. Про вас не знаю. Мне было важно представить достаточно хорошо, в каком треске времени я сейчас нахожусь и концентрироваться на этом.
То есть вот есть у меня два часа на работу — значит, надо работу сделать за два часа. Это очень тяжело, это очень дисциплинирует и помогает херачить более вдумчиво и знать, что у тебя нету там восемнадцать часов. Решение принимать начинаешь другим.
И вот два часа кончились, и у тебя другая переборка начинается. Тот люк задраен, все, туда больше не ходок. Сейчас ты приходишь, и ты дома с домашними. Работа в это время уже не должна быть. Потому что иначе так получается, что у тебя все размазано. То есть ты на самом деле не с друзьями или ты там не дома, а ты думаешь о работе в это время.
А они потом тебе, козлы, значит, на твою работу звонят в другой день, и ты злишься на них, что они тебе звонят. Но если у тебя там работа, тогда у тебя дома должен быть дом, чтобы все было по-честному. Идешь на тренировку — у тебя тренировка, у тебя не работа, у тебя сейчас время, которое ты посвящаешь удовлетворению каких-то своих потребностей, которые тебе важны. И вот эта вот история про переборки, она не то чтобы помогает работу делать, хотя на самом деле помогает. Она помогает не ощущать неудовлетворенность, потому что ты с собой договорился, чем ты в ближайший час будешь занят.
И не делать больше ничего, кроме этого. Ты спокойна, ты будешь решать проблемы потом. Вот сейчас ты час на коврике для йоги проводишь, и ты больше не занимаешься ничем. А вот когда там всё горит, ты встанешь, выйдешь из зала и посмотришь в телефон, но не раньше. Это очень сильно успокаивает и помогает, но, во всяком случае, мне.
Осознание, в какой части своей активности ты сейчас находишься. Пьёшь с друзьями — пей с друзьями. Не работай. Работаешь — не пей с друзьями. Работай.
И это и есть некоторый вид, когда ты пытаешься какое-то количество часов в день отдать работе, какое-то количество часов в день отдать тем вещам, которые тебе важны помимо работы, ну, в том числе и какое-то количество там социальной жизни. А дальше здесь вопрос баланса и того, каким человеком вы хотите быть и что вам надо сделать, чтобы быть этим человеком. А эти вопросы, когда людям задаешь, они все говорят: „О, я над этим думаю, но я не знаю, кем я стану, когда вырасту“. Хорошо.
Заключение
Мудрая женщина Ксения Владимировна знает какое-то выступление на TED про нейроны, про то, что занятия спортом делают с нашей нервной системой и что мы становимся от этого круче не в плане „вот у вас появился внезапно в теле трицепс“, а в плане именно „польза для нервной системы“. И, может быть, она напишет в комментах эту ссылку, и тогда, если однажды появится редактор, в чём я лично. То ли сомневаюсь, то ли нет — не знаю. То редактору будет проще эту ссылку найти. Поэтому, если ты когда-то это видео посмотрю, кинь, пожалуйста, ссылочку.
Наверное, вот и всё. Я признателен вам за то, что вы пришли. Я очень постараюсь быть здесь через неделю. Осталось мало тем, но, значит, может быть, мы успеем закончить быстрее, чем я думал.
Спасибо. И если что-то еще те, кто в чате сейчас хотят написать, то пишите уже в комменты и там пообщаемся. Ксения Владимировна пишет, что когда-нибудь она найдет ссылку на видео. Рад, что ты смотришь. И пока.
Ася Кадзанцева рассказывал о пользе спорта для мозга. Да, он полезен, как спорт для мозга. Была лекция. Накидайте ссылку в комменты, не в чат, а прямо просто в комменты к видосу. Может быть, будет кому-то полезно, если вам хочется это делать. Если не хочется — не кидайте. Вот. Всё, спасибо вам большое.